Ролевой конфликт в личности подростка

Воспитание растущего человека как формирование развитой личности составляет одну из главных задач современного общества.

ВНИМАНИЕ! Работа на этой странице представлена для Вашего ознакомления в текстовом (сокращенном) виде. Для того, чтобы получить полностью оформленную работу в формате Word, со всеми сносками, таблицами, рисунками (вместо pic), графиками, приложениями, списком литературы и т.д., необходимо скачать работу.

Содержание

Введение…………………………………………..………………………………3
1. Теоретические основы изучения ролевого конфликта у подростков……..5
1.1. Ролевая теория личности и понятие ролевого конфликта……………5
1.2. Общая характеристика подросткового возраста………………….…..11
1.3. Подростковый ролевой конфликт как психологическая проблема…15
2. Эмпирическое исследование ролевого конфликта в личности
подростка…………………………………………………………………..….23
2.1. Программа и методики исследования………………………….………23
2.2. Описание и интерпретация результатов исследования………….……28
2.3. Выводы по результатам исследования…………………………..……..38
Заключение……………………………………………………………..………...42
Список литературы……………………………………………………..………..45
Приложение………………………………………………………………………48

Введение
Воспитание растущего человека как формирование развитой личности составляет одну из главных задач современного общества.
Преодоление отчуждения человека от его подлинной сущности, формирование духовно развитой личности в процессе исторического развития общества не совершается автоматически. Оно требует усилий со стороны людей, и эти усилия направляются как на создание материальных возможностей, объективных социальных условий, так и на реализацию открывающихся на каждом историческом этапе новых возможностей для духовно-нравственного совершенствования человека. В этом двуедином процессе реальная возможность развития человека как личности обеспечивается всей совокупностью материальных и духовных ресурсов общества [13, С.92].
Однако наличие объективных условий само по себе еще не решает задачу формирования развитой личности. Необходима организация систематического, базирующегося на знании и учете объективных закономерностей развития личности процесса воспитания, который служит необходимой и всеобщей формой этого развития. Важно учитывать все факторы влияния на развитие личности, в том числе и разнонаправленность действия разных институтов социализации, т. к. в том случае, если отсутствует планомерное положительное влияние со стороны факторов воздействия, воспитательное воздействие на ребенка оказывают наличные, традиционно сложившиеся ее формы, результат действия которых может оказаться в противоречии с целями воспитания.
Подростковый возраст является периодом в развитии субъекта, когда происходит увеличение его возможностей, постепенно оформленных в социальные роли. Однако с увеличением количества ролей в социальных отношениях возрастает необходимость их регламентирования и управления ими, что не всегда возможно при задействовании имеющихся у подростка наличных психологических ресурсов. В связи с этим проблема поиска психологических резервов повышения личностной устойчивости подростка в совладании с ролевыми конфликтами представляется актуальной.
Цель данного исследования – изучить взаимосвязь ролевого конфликта подростка с родительским поведением в семье.
Гипотеза исследования состоит в том, что существуют особенности родительского отношения, способствующие формированию ролевого конфликта у ребенка в подростковом возрасте.
Задачи исследования:
1) Дать определение понятиям «ролевое поведение» и «ролевой конфликт».
2) Охарактеризовать факторы и особенности ролевого конфликта подростка.
3) Обосновать связь особенностей родительского отношения и ролевого конфликта у ребенка.
4) Исследовать связь родительского отношения и ролевого конфликта у ребенка на эмпирической выборке, сделать выводы относительно выдвинутой гипотезы.
Объект исследования – личностный ролевой конфликт подростка во взаимосвязи с родительским отношением в семье.
Предмет изучения – особенности личностного ролевого конфликта подростка в семьях с разным стилем родительского отношения.

1. Теоретические основы изучения ролевого конфликта у подростков

1.1. Ролевая теория личности и понятие ролевого конфликта

Неоднократно было замечено, что взаимодействие субъектов в социальных группах в значительной мере осуществляется не стихийно, а стереотипизированно, что дает основание говорить о существовании особого явления – социально-психологических ролей, связанных с социальными нормами и стереотипами.
Роль в социальной психологии — это социальная функция личности; соответствующий принятым нормам способ поведения людей в зависимости от их статуса или позиции в обществе, в системе межличностных отношений.
В западной социологии и психологии получили распространение различные ролевые концепции личности, общий методологический недостаток которых — игнорирование объективных социально-исторических условий, в конечном счете определяющих требования и ожидания к ролевому поведению человека. В этих концепциях личность предстает как набор не связанных между собою разрозненных ролевых масок, определяющих ее внешнее поведение безотносительно к ее внутреннему миру, причем игнорируются своеобразие личности, ее активное начало и целостность [11, С.22].
Понятие роли ввел в социальную психологию Д. Мид, основные идеи которого сформировались в концепцию символического интеракционизма. Под социальным взаимодействием в интеракционизме понимается непосредственная межличностная коммуникация (“обмен символами”), важнейшей особенностью которой признается способность человека “принимать роль другого”, представлять, как его воспринимает партнер по общению или группа (“генерализованный другой”), и соответственно интерпретировать ситуацию и конструировать собственные действия. Развитие личности с точки зрения интеракционизма происходит в процессе взаимодействия с другими людьми в обществе, которое трактуется как система непосредственных коммуникаций, причем структура личности содержит компоненты, обеспечивающие ее активность, а также контроль над собственным поведением в соответствии с социальными нормами, ролями и социальными установками партнеров по взаимодействию. В интеракционизме изучено также ролевое поведение. Недостатком концепции признают излишнюю психологизацию общественных отношений, которые сводятся к непосредственной и межличностной коммуникации.
Социально-психологические роли являются неотъемлемой частью трансактного анализа Э. Берна. В нем формируется представление о личности как состоящей из трех составляющих, которые также обозначаются как состояния Я:
1) Родительское (Родитель — Р), которое подразделяется на:
— заботливое родительское состояние Я;
— критическое родительское состояние Я.
«Эго-состояние Родитель — это наши убеждения, верования и предрассудки, ценности и установки, многие из которых мы воспринимаем как свои собственные, как принятые нами самими. Тогда как на самом деле они "внесены" извне посредством включения внутрь значимых для нас людей» [12, С.96].
2) Взрослое (Взрослый — В) состояние Я воспринимает и перерабатывает логическую составляющую информации, принимает решения преимущественно обдуманно и без эмоций, проверяя их реалистичность. Взрослое Я, в отличие от Родительского, способствует адаптации не в стандартных, однозначных ситуациях, а уникальных, требующих размышлений, дающих свободу выбора.
3) Детское Я «отвечает» за творчество, оригинальность, разрядку напряжения, получение приятных, иногда острых, необходимых в определенной степени для нормальной жизнедеятельности впечатлений. Детское Я выступает на сцену, когда человек не чувствует достаточно сил для самостоятельного решения проблем: не способен преодолеть трудности или/и противостоять давлению другого человека. Это состояние Я подразделяется на:
— естественное детское Я (спонтанные реакции типа радости, печали и т. д.;
— приспосабливающееся детское Я;
— возражающее детское Я.
В личности каждого человека обнаруживаются все три составляющие роли, однако при условии плохого воспитания личность может деформироваться так, что одна из составляющих начинает подавлять другие, что обусловливает нарушение общения и переживается человеком, как внутреннее напряжение. Э. Берн отмечает, что с позиции [4]:
1) родителя — «играются» роли отца, старшей сестры, педа¬гога, начальника;
2) взрослого — роли соседа, случайного попутчика, подчиненного, знающего себе цену, и т.д.;
3) ребенка — роли молодого специалиста, артиста — любимца публики, зятя.
П. П. Горностай пишет, что «изучение жизненных кризисов в контексте ролевых теорий заставляет ввести понятие жизненной роли. Ее особенность, в отличие от большинства социальных ролей, заключается в достаточно глубокой вовлеченности в процесс бытия человека. Жизненные роли тесно связаны с глубинной структурой личности человека и являются по сути одними из форм ее бытия. Примерами жизненных ролей могут быть роли отца, матери, дочери, сына, а также половые роли, которые наиболее онтологически связаны с сущностными основаниями личности» [9, С.49].
Итак, с точки зрения ролевого поведения человека индивидуальное исполнение человеком роли имеет определенную «личностную окраску», зависящую прежде всего от его знаний и умения находиться в данной роли, от ее значимости для него, от стремления в большей или меньшей степени соответствовать ожиданиям окружающих. Диапазон и количество ролей определяются многообразием социальных групп, видов деятельности и отношений, в которые включена личность, ее потребностями и интересами.
Различают роли социальные, обусловленные местом индивида в системе объективных социальных отношений (роли профессиональные, социально-демографические - семейные и др.), и роли межличностные, определяемые местом индивида в системе межличностных отношений (лидер, отверженный и др. – эта тема разработана в трудах З. Фрейда и его последователей). Выделяют также роли активные, исполняемые в данный момент, и латентные, не проявляющиеся в данной ситуации.
Ролевой конфликт, если воспользоваться определением одного из ведущих специалистов в области ролевых теорий Б. Биддла, это «любое из нескольких возможных относительно продолжительных несоответствий между элементами ролей, проявляемых людьми в социальной ситуации, которые приводят к проблемам для одного или большего числа этих людей как индивидуумов» [9, С.47]. Это достаточно широкое определение, охватывающее большой круг противоречий в такой важной форме социального поведения личности, как ролевое поведение.
Ролевой конфликт рассматривают как комплекс субъективных негативных переживаний, возникающий у человека, при отрицательной оценке им того, как он справляется с совмещением ролей в профессиональной и семейной сферах [8]. Попытки некоторых исследователей выделить объективно измеряемые показатели ролевого конфликта потерпели неудачу.
Западные традиции исследования ролевых конфликтов намного богаче отечественных. Они берут свое начало с 20-30-х годов и опираются на описанные выше теории ролей. Более поздние исследования в этом направлении приобретают явно выраженную прикладную направленность и, базируясь на различных эмпирических моделях, отвечают на многочисленные запросы практики. В зарубежной литературе проблема ролевых конфликтов рассматриваются в более широком плане - в контексте проблем ролевого стресса. Как правило, обсуждаются 3 вида ролевых стрессов: ролевая неоднозначность, ролевой конфликт и ролевая перегрузка. Два первых понятия считаются основными в описании ролевого взаимодействия. Понятие ролевой перегрузки связано с еще одним явлением - эмоционального «сгорания» (burnout) человека.
Обобщая данные исследований, можно сделать вывод, что конфликты возникают из противоречий между тремя группами факторов:
а) организационными (ролевыми предписаниями, или социально заданными ролевыми позициями);
б) межличностными (стилем взаимодействия, взаимными ролевыми ожиданиями);
в) личностными (мотивами, ценностями, опасениями, Я-концепцией человека).
Таким образом, ролевые ожидания, ролевая адекватность – явление межличностного порядка, основывающееся, однако, на организационном факторе (ролевые предписания).
Ролевой конфликт является многомерным образованием, исследователи выделяют в нем 4 разновидности [17, С.53]:
1. Внутриисточниковый – несовместимые ожидания от одного из участников взаимодействия (например, руководитель просит своего подчиненного приобрести некоторую информацию, которая является недоступной через официальные каналы, и одновременно запрещает использование неофициальных каналов).
2. Межысточниковый – несовместимые ожидания от двух и более участников ролевого набора (например, руководитель среднего звена, по отношению к которому предъявляет различные требования вышестоящее руководство и его непосредственные подчиненные).
3. Межролевой – разные роли индивида предъявляют к нему противоречивые требования (пример женатого студента, работающей матери, милиционера, арестовывающего своего друга).
4. Личностно-ролевой конфликт – личные позиции индивида несовместимы с требованиями роли (например, человек, любящий спокойствие и тишину и работающий продавцом в большом торговом центре).
Считается, что ролевые конфликты теснейшим образом связаны с ролевым развитием личности в ходе ее социализации (на протяжении всей жизни). Противоречия ролевого развития могут проявляться в форме жизненных кризисов разной степени остроты и сложности. Жизненный кризис всегда сопровождается сменой жизненных ролей человека, разрушением старых и появлением новых ролей. Эта смена далеко не всегда происходит безболезненно, часто возникают противоречия, невозможность избавиться от старой роли или трудности принятия новой, что создает дополнительные трудности протекания кризиса.
Как вид внутриличностного, ролевой конфликт характеризуется следующими показателями в различных сферах личности.
В когнитивной сфере - противоречивостью образа я; снижением самооценки; осознанием своего состояния как психологического тупика, задержкой в принятии решения; субъективным признанием наличия проблемы ценностного выбора, сомнением в истинности мотивов и принципов, которыми субъект ранее руководствовался.
В эмоциональной сфере - психоэмоциональным напряжением; значительными отрицательными переживаниями.
В поведенческой сфере - снижением качества и интенсивности деятельности; снижением удовлетворенности деятельностью; негативным эмоциональным фоном общения [2, С.154].
Современный этап изучения проблемы ролевого конфликта личности характеризуется отсутствием общепринятых научно-обоснованных теорий, объясняющих причины возникновения ролевого конфликта, стратегии его снижения. По предлагаемым различными авторами способам снижения ролевого конфликта работы были разделены на 3 группы:
1. Путь решения проблемы- изменения в социально-экономических условиях жизни (Хоткина З.А., Власова О.А. и т. д.).
2. Снижение ролевого конфликта через структурные изменения в семейной системе (Виткин Д., Дудченко О., и т.д. )
3. Основная роль в снижении ролевого конфликта возлагается на самого субъекта – через изменение установок, ценностных ориентаций, выработку эффективных психологических стратегий, активизацию личности (Алешина Ю.А., Босс П., Гурко Т.А. и др.)
От первой группы к последней возрастает роль самой личности в происходящих изменениях. При решении проблемы снижения ролевого напряжения первым способом подросток выступает как объект действия других людей и внешних обстоятельств. Второй и особенно третий способы позволяют ему быть активным субъектом своей деятельности.

1.2. Общая характеристика подросткового возраста
Подростковый возраст – период бурного и неравномерного роста и развития организма ребенка, в традиционной классификации датирующийся 11/12 – 14/15 годами [29, С.345]. В этот самый короткий по астрономическому времени период подросток проходит огромный путь в своем развитии, завершающийся обретением чувства личности.
С физиологической точки зрения происходит скачок в росте, не сопровождающийся пропорциональным увеличением внутренних органов, что приводит к недостаткам кровоснабжения, колебанию кровяного давления, нарушению дыхания. Нервная система подростка не всегда способна выдержать сильные или длительно действующие раздражители и часто переходит в состояние торможения или, наоборот, сильного возбуждения.
Вторая линия физического развития подростка – половое созревание, которое проявляется в формировании вторичных половых признаков и соответствующего гормонального фона.
Все изменения организма осознаются и обретают личностный смысл, глубоко переживаются подростками, влияют на формирование самосознания, на уровень самооценки подростка. Физиологические изменения выражаются в поведении быстрой утомляемостью, наступлением периодической вялости или апатии, раздражительностью и неуравновешенностью.
Поведенческие характеристики подросткового возраста делают его похожим на проявления кризиса «трех лет» у ребенка раннего возраста. Особенностью кризиса подросткового возраста является его острота и затяжной характер, что дало основания ввести понятие «нормативного кризиса (Э. Эриксон), то есть обычного явления для подросткового возраста [15, С.170].
Разные психологические школы в объяснении причин кризиса подросткового возраста делают акцент на различных механизмах и факторах психического развития. Конституциональная психология (Э. Кречмер, Э. Йенш) считает основной причиной нормативного кризиса подросткового возраста переход от одного типа конституции (телосложения человека) к другому: от детского типа телосложения - с короткими конечностями и большим туловищем, наличием жировой прослойки, к взрослому - с длинными конечностями и относительно коротким туловищем, преобладанием мышечной ткани. Первый тип телосложения выражается в психологических особенностях циклоидного типа личности (легко возбудимый, непосредственный, неуравновешенный, с меняющимся настроением), второй - взрослый - в психологических особенностях шизоидного типа личности (интроверт, эмоционально сдержанный, склонный к самоанализу, с преобладающим чувством долга).
Теория поля (Курт Левин), рассматривающая человеческое поведение как результат взаимодействия среды и личности в психологическом пространстве, в котором живет человек, считает причиной подросткового кризиса расширение этого пространства, среды общения подростка [1, С.162].
Ведущей деятельностью подростка (в теории возрастного развития Д. Б. Эльконина) считается интимно-личностное общение, основным содержанием которого является дружба. Основным новообразованием является чувство взрослости, основанное на переоценке возросших возможностей и стремлении к самостоятельности.
Развитие произвольных психических процессов (мышления, памяти, внимания) опирается на складывающуюся самостоятельность личности, а возможности осознания и формирования личностных качеств опираются на развитие интеллектуальных функций.
Все процессы, происходящие с подростком, так или иначе отражаются на его психике, в том числе на межличностных отношениях, обусловливая повышенный уровень конфликтности.
Психологической особенностью подросткового периода, во многом определяющей повышенную конфликтность подростка, считают существование в отношениях подростка и взрослого т. наз. негативная фазы, возникающей при инициативе подростка в переходе к новому типу отношений со взрослым и при сопротивлении взрослого этому. Длительность конфликта определяется временем неизменности отношения взрослого к подростку. В целом же негативная фаза отражает определенную форму перехода к новому типу отношений в условиях, когда сдвиги в развитии личности ребенка в начале подросткового возраста опережают появление соответствующих им изменений в отношениях с взрослым. Положительное содержание негативной фазы заключается в том, что подросток путем разных форм неподчинения взрослому ломает прежние «детские» отношения с ним и навязывает новый тип «взрослых» отношений, которым объективно принадлежит будущее, поскольку только при таких отношениях может развиваться социальная взрослость подростка [17, С.398]. Существенный симптом негативной фазы заключается также в разрушении у подростка прежних и появлении новых интересов. Положительное содержание этой смены создается возникновением у подростка активного равнения на мир взрослых с его образцами, нормами, ценностями и вообще на взрослого с целью приобрести его разные особенности и качества, приобщиться к разным сторонам его жизни и деятельности. Это имеет важнейшее значение в развитии социально-моральной взрослости подростка. Именно этот процесс составляет основное содержание формирования личности в этот период развития и заключается в появлении у подростка определенных морально-этических представлений и ценностей, целей и планов, связанных с будущим, задач самовоспитания и самообразования, а также стремления поступать в соответствии с собственными представлениями и целями. Однако конфликтные отношения способствуют нежелательной эмансипации подростка, создают у него «смысловой барьер» к воздействиям взрослого, и поэтому воспитатель может вообще потерять возможность влиять на подростка в ответственный период становления моральных и социальных установок личности. Возможность дальнейшего бесконфликтного протекания подросткового периода связана с правильным решением проблемы постепенного, пошагового перехода к новому типу отношений и постепенного расширения самостоятельности подростка в разных направлениях, причем с нахождением той ее степени, которая соответствовала бы реальным возможностям подростка и общественным требованиям, но не превышала бы меры, когда взрослый уже теряет возможность направлять поведение подростка и влиять на него [8, С.401].

1.3. Подростковый ролевой конфликт как психологическая проблема
Итогом любого взаимодействия человека с человеком, с группой, с самим собой является эмоциональное переживание. Очевидно, что увеличение социальных контактов в период подросткового созревания увеличивает спектр эмоций, сопровождающих установление этих контактов. Как известно, в период взросления подросток переходит из роли ребенка в роль взрослого, однако устойчивого отношения к этой роли он еще не осознает. Вследствие неоднозначного отношения подростка к собственной роли растет несоответствие в ожиданиях и отношениях к нему других людей, что увеличивает его эмоциональную напряженность, тревожность, конфликтность.
Для подростков характерен ролевой конфликт, связанный с желанием иметь права, обязанности, роли взрослых и объективной неспособностью их реализовать. Подростки отличаются высоким уровнем притязаний, стремлением к автономии и независимости, отрицанием авторитетов. Для юношеского восприятия характерны как преувеличение новизны собственной жизнедеятельности и пренебрежительное отношение к прошлому опыту, так и естественный недостаток знаний, воли, навыков, способности ценить время и правильно им распоряжаться. В случае неблагоприятного разрешения данного ролевого конфликта возможно возникновение разнообразных дефектов социализации у подростка, например, инфантилизм или антисоциальный тип самоутверждения. В первом случае недостаточная материальная обеспеченность, отсутствие собственного жилья, вынужденное использование материальной помощи родителей формируют у части молодых людей социальный инфантилизм. Труд перестает занимать важнейшее место в структуре жизненных ценностей молодежи, усиливаются потребительские установки [19, С.41].
Во втором случае восприятие подростков – правонарушителей как «навеки потерянных для общества» заставляет их занимать позицию отстаивания себя через роль заключенного, что воспринимается как принятие им для себя и положительной оценки этой роли. Отсутствие необходимой информации или ее искаженность повышает уровень тревожности подростка, формирует отношение к себе как к неполноценному члену общества, неспособному успешно адаптироваться в рамках новых существующих условий жизни. Тревожность, неопределенность вызывают агрессию, которая только усиливает процессы отчуждения от общества. Общество, в результате, становится не источником развития личности, а источником подавления, деиндивидуализации [26, С.162].
Ответ на то, что же в действительности является фактором успешного разрешения «ролевого конфликта» у подростка, т. е. вопрос о собственно-психологических факторах этого конфликта, относится к числу мало исследованных.
Как отмечает П. Хэвен, первый опыт взаимоотношений с другими людьми у молодого человека происходит в контексте семьи. Считается, что качество процессов привязанности и развитие близких уз между родителями и ребенком в первые месяцы жизни очень важны для дальнейшего эмоционального здоровья человека. Семья – это та арена, на которой происходит изучение и понимание мира, а также первичная социализация. Данные исследований показывают, что семейные отношения в течение подросткового возраста имеют очень сильное влияние на целый ряд сфер, таких, как: автономия и полноценное развитие дальнейшей независимости человека, самоуважение, индивидуальная патология, проблемное поведение [30].
Семья – одна из наиболее важных поддерживающих систем, которая реально имеется в наличии у ребенка и подростка. Любое ослабление этой поддерживающей системы (развод родителей или негативное отношение родителей к ребенку) имеет важное значение для функционирования подростка, развития его адаптивных способностей и адекватных идентичностей.
Попытки более глубоко понять характер семейных взаимоотношений осуществлялись с разных теоретических позиций. Особо следует выделить символический интеракционизм, теорию социального изменения и теории семейных систем.
Символический интеракционизм пытается представить мир («посмотреть» на него) глазами подростка. Ключевыми понятиями или символами при этом являются: роли, категории, позиции и определения ситуаций. В соответствии с этим взглядом на семью, подростки организуют свое поведение и взаимодействие с другими людьми в терминах, выражающих их собственное восприятие этих символов. Подростки и их родители выполняют разные роли в семье, и их взаимодействие в большой степени зависит от их собственных определений этих ролей. Когда подростки реагируют на действия своих родителей, их реакция включает интерпретацию родительских действий. В соответствии с этой позицией, поведение должно рассматриваться в терминах восприятия других членов семьи.
Максимизация наград и минимизация наказаний - центральные элементы теории социального изменения. Подросток может быть вовлечен именно в это, а не другое действие в надежде, что это может повлиять на чье-либо поведение. Подобное взаимное изменение (под влиянием взаимных ожиданий) происходит в каждом межличностном взаимодействии.
Многие авторы считают, что семья должна рассматриваться как система: это объединенная система людей, где не просто все ее члены (системы) взаимосвязаны, но каждый имеет еще и внешние связи. Каждый элемент может влиять на любые другие не только в пределах системы, но и в границах своего непосредственного внешнего окружения.
В соответствии с системной перспективой, семья рассматривается как сложное соглашение (приспособление) взаимосвязанных отношений. Для некоторых семей характерны гармоничные отношения, в то время как другие переживают конфликт. Хотя не все семьи характеризуются наличием конфликтности, природа отношений между детьми и родителями всегда подвергается изменениям с того момента, как только ребенок достигает возраста раннего подростка.
Рассмотрим три модели, в основу которых положена различная степень половой зрелости: последняя выступает в качестве некоей детерминанты отношений между родителями и подростками. Их можно интерпретировать в свете символического интеракционизма, теории социального изменения и системного подхода. В первой модели гормональные изменения, происходящие в ребенке, вероятно, имеют воздействие на его (ее) эмоциональное состояние, а, следовательно, влияют и на взаимоотношения с родителями. В одном исследовании, например, было обнаружено, что родители придают значения изменениям, происходящим с их детьми в период их полового созревания, больше, чем сами подростки. Без всякого сомнения, физиологические изменения, происходящие с подростком, ясно напоминают родителям, что их «ребенок» растет и вскоре должен будет принять новые «взрослые» роли в обществе. Савин-Вилльямс и Смолл выяснили, что родители были менее обеспокоены ранней половой зрелостью сыновей, чем поздней половой зрелостью дочерей. Подобные физические изменения в подростке символизируют наступление взрослости.
Существует несколько разных, хотя и взаимосвязанных моделей функционирования семьи. Интегративная модель комбинирует элементы и конструкты каждой из главных моделей. Соответственно, можно выделить восемь измерений здорового функционирования семьи:
- индивидуальность — взаимопроникновение;
- взаимность — изоляция;
- гибкость — ригидность (твердость);
- стабильность — дезорганизация
- адекватное (точное) восприятие — искаженное восприятие;
- ситуативный — функциональный (ролевой) конфликт;
- ролевое взаимодействие — конфликтные роли;
- четкие — искаженные (размытые) поколенческие границы.
«Положительные» факторы характеризуют нормальное функционирование семьи, причем улучшение в одном измерении ведет к улучшению в других. Важно помнить, что «нормальное» функционирование не является исключительно прерогативой традиционной семьи.
Конечно, нельзя сказать, что ребенок не испытывает влияния со стороны других факторов (помимо семьи) – внесемейного социального опыта или ценностей групп сверстников (peer group). Однако влияние семьи наиболее сильно. Родители оказывают воздействие на своих подростков несколькими путями.
Во-первых, родители выступают в качестве ролевых моделей, чье поведение подростки наблюдают и имитируют.
Во-вторых, родительские стили и система воспитания ребенка оказывают важное влияние на социальное и эмоциональное развитие подростка.
В-третьих, родители передают свои ценности и моральные нормы детям. Сюда же относятся и общие системы верований, какое поведение считается в рамках семейных ценностей приемлемым.
В-четвертых, родители являются важным источником информации по целому ряду тем и проблем. Следовательно, коммуникация между родителями и подростками действительно является наиболее важной.
Независимо от своего пола, социального опыта и других характеристик, все подростки так или иначе сталкиваются с ключевыми проблемами своего развития: это адаптация к физиологическим изменениям, создание и утверждение эффективных социальных отношений, согласованных с собственной сексуальностью, утверждение самоидентичности или подготовка себя для карьеры. Утверждалось, что семья является важнейшим фактором для достижения этих целей.
В своем ставшем уже классическом исследовании, проведенном в 1950-е гг., Шэфер предложил двумерную схему поведения родителя: автономия – контроль и враждебность – любовь. Он полагал, что в секторе враждебность — контроль родители, вероятно, будут требовательными и авторитарными в отношениях с детьми, а в секторе автономия – любовь они будут действовать демократичным образом. Несмотря на то, что различные теоретики впоследствии разработали много других схем, именно эта двумерность — «эмоциональная поддержка» и «родительский контроль» — возникает практически постоянно.
Позднее Ноллер и Паттон выделили две основные родительские стратегии и их возможное влияние на подростка. Авторы заметили, что, если родители стремятся поддерживать низкий уровень принуждения, их ребенок, скорее всего, будет достаточно социально-ориентированным. С другой стороны, принуждение, сочетаемое с недостатком поддержки, вероятно, приведет к поведенческим проблемам среди подростков. Данные говорят о том, что эти родительские качества могут действовать как по отдельности, так и в комбинации при определении психологической приспособляемости подростка.
Влиянию контроля родителей на развитие подростков уделяется немало внимания в исследовательской литературе. Эмпирические исследования показывают, что подростки, оценивающие своих родителей как авторитетных, обладают большими способностями, более «продвинуты» в своем социальном развитии, характеризуются более высокой степенью самоуважения и развитыми умственным способностями, чем те, кто оценивают своих родителей как все дозволяющих или, напротив, излишне авторитарных.
Некоторые ученые считают, что «все дозволяющее» родительство – слишком туманное, неопределенное понятие. Они различают авторитетные и авторитарные формы контроля, так же, как разрешение на те или иные действия подростка может быть либо потворствующим (возникающим в силу терпимости родителей), либо попустительским (возникающим в силу равнодушия родителей).
Каждый из этих стилей имеет свои последствия для подростков. Самые большие различия наблюдались между подростками из авторитарных и «попустительских» семей. Различия между авторитарными и «потворствующими» семьями (имеется в виду влияние на подростка) состоят в том, что развитие подростков из авторитарных семей оценивается, в целом, более высоко (однако эти различия не особенно велики). Хорошие способности (в том числе академические), высокая степень приспособляемости, хорошее психологическое развитие, редкое «проблемное» поведение, более редко (чем у молодежи, которой потворствуют) встречающиеся психические и соматические проблемы
В основе коммуникации между родителями и подростками лежит взаимная интерпретация того, что подразумевается обоими участниками общения. Разумно предположить, что теплый стиль, используемый родителями, качественно иначе повлияет на поведение подростков, нежели авторитарный или принудительный стиль. Семейная коммуникация необходима для здорового функционирования семьи и ее членов. Здоровая коммуникация оказывает положительное воздействие на степень независимости и самооценку подростка. Семьи, характеризующиеся здоровой коммуникацией, показывают большую сплоченность, адаптативность и удовлетворенность.
Мальчики и девочки-подростки различаются по своим ожиданиям коммуникации в семье. Девочки чаще описывают свои разговоры с мамами, чем с папами, мальчики – с папами о сексуальных проблемах и о жизни в целом. Девочкам оказываются более близкими мамы, чем папы, мальчики в равной степени близки обоим родителям. В целом, мать для подростка – более желанный собеседник, отцы же представляются более строгими (способными наказать).
Большое количество данных говорит о важности связей между психическим здоровьем родителей и их ребенком-подростком. Например, результаты некоторых лонгитюдных исследований свидетельствуют о наличии связи между патологическим поведением родителей и серьезными расстройствами (шизофрения и депрессия) у их детей.
Австралийские исследователи интересовались степенью, в какой проявление той или иной семейной патологии (конфликты между членами семьи, низкая степень солидарности и удовлетворенности членов семьи) было связано с индивидуальными симптомами, неврозами, проблемами с самоуважением и неудовлетворенностью жизненными обстоятельствами. Результаты этого исследования показали, что различные проявления семейной патологии имеют тенденцию к взаимозависимости. Конфликт между членами семьи обычно ассоциируется с низкой степенью солидарности и т. д. Более того, большинство членов патологической семьи часто слабо ассоциированы со своими ролями.
Семья действует как сильный социализирующий агент, и родительские позиции, ценности и поведенческие проявления часто сказываются на поведении детей.
Другие исследования рассматривают комплексные связи между родительским самоуважением, практикой воспитания ребенка и поведением подростка. Высокая степень родительского самоуважения положительно сказывается на стиле коммуникации в семье. Кроме того, матери с высокой самооценкой легче общаются со своими детьми и подталкивают их к независимому поведению. Отцы с позитивной самооценкой чаще используют физическую силу для дисциплинирования своих детей.

2. Эмпирическое исследование ролевого конфликта в личности подростка

2.1. Программа и методики исследования
Эмпирическое исследование проведено на базе средней общеобразовательной школы №36 г. Брянска. В исследовании принимали участие школьники 12 - 13 лет (учащиеся 6 - 7 классов средней общеобразовательной школы, которые в периодизации возрастного развития Д. Б. Эльконина относятся к подростковому возрасту), всего 10 мальчиков и 10 девочек.
Цель исследования – изучение особенностей связи ролевого конфликта подростка со стилем родительского отношения.
Исследование осуществлено в несколько этапов:
1. Определение и формулировка проблемы, цели, задач, объекта, предмета, гипотезы.
2. Подбор диагностических методик.
3. Проведение обследования испытуемых. Сбор первичных данных.
4. Обработка и анализ результатов исследования.
Реализация цели исследования предполагает последовательное решение ряда задач:
1. Изучить расхождение самооценки и уровня притязаний подростков как показатель личностного ролевого конфликта.
2. Выявить особенности родительского отношения в семьях подростков.
3. Провести анализ связи показателей ролевого конфликта и особенностей родительского отношения.
В соответствии с задачами исследования был отобран следующий методический инструментарий:
1. Методика изучения самооценки Дембо-Рубинштейн.
2. Тест-опросник родительского отношения (ОРО) (авторы А. В. Столин и В. В. Варга).
Методика исследования самооценки Дембо-Рубинштейн в модификации А. М. Прихожан основана на непосредственном оценивании (шкалировании) подростками ряда личных качеств, таких как здоровье, способности, характер и т. д. Тест широко применяется в диагностических обследованиях.
В ходе тестирования обследуемым предлагалось на вертикальных линиях отметить определенными знаками уровень развития у них этих качеств (показатель самооценки) и уровень притязаний, т. е. уровень развития этих же качеств, который бы удовлетворял их. Каждому испытуемому предлагался бланк методики, содержащий задание.
Обработка проводилась по шести шкалам (первая, тренировочная — «здоровье» — не учитывается). Каждый ответ выражался в баллах. Длина каждой шкалы 100 мм, в соответствии с этим ответы школьников получали количественную характеристику (например, 54 мм = 54 баллам).
По каждой из шести шкал определялись:
- уровень притязаний — расстояние в мм от нижней точки шкалы («0») до знака «х»;
- высота самооценки - от «о» до знака « - »;
- значение расхождения между уровнем притязаний и самооценкой - расстояние от знака «х» до знака «-», если уровень притязаний ниже самооценки, он выражается отрицательным числом.
Далее было необходимо рассчитать среднюю величину каждого показателя уровня притязаний и самооценки по всем шести шкалам. Интерпретация показателей самооценки производилась в соответствии с таблицей 1.

Таблица 1
Оценка уровня притязаний и самооценки учащихся
Параметр Количественная характеристика (балл)
низкий средний высокий Очень
высокий
Уровень притязаний Менее 60 60-74 75-89 90-100
Уровень самооценки Менее 45 45-59 60-74 75-100

Оптимальный уровень притязаний, согласно имеющихся данным — от 75 до 89 баллов, подтверждающий оптимальное представление о своих возможностях, что является важным фактором личностного развития. Количество баллов от 45 до 74 («средняя» и «высокая» самооценка) удостоверяют реалистическую (адекватную) самооценку.
Анализу подвергалась также величина расхождения показателей самооценки и уровня притязаний.
Тест-опросник родительского отношения (ОРО) представляет собой психодиагностический инструмент, ориентированный на выявлении родительского отношения у лиц, обращающихся за психологической помощью по вопросам воспитания детей и общения с ними. Авторы данной методики А.В.Столин и В.В.Варга.
Родительское отношение понимается как система разнообразных чувств по отношению к ребёнку, поведенческих стереотипов, практикуемых по отношению к ним, особенностей восприятия и понимания характера и личности ребёнка, его поступков.
Опросник состоит из 5 шкал.
1.«Принятие-отвержение». Шкала отражает эмоциональное интегральное отношение к ребёнку. Содержание одного полюса шкалы: родителю нравится ребёнок таким, какой он есть. Родитель уважает индивидуальность ребёнка, симпатизирует ему. Родитель стремится проводить много времени вместе с ребёнком, одобряет его интересы и планы. На другом полюсе шкалы: родители воспринимают своего ребёнка плохим, неприспособленным, неудачливым. Ему кажется, что ребёнок не добьётся успеха в жизни из-за низких способностей ума, дурных наклонностей. По большей части родитель испытывает к ребёнку злость, досаду, раздражение, обиду. Он не доверяет ребёнку и уважает его.
2.«Кооперация» - социально желательный образ родительского отношения. Содержательно эта шкала раскрывается так: родитель заинтересован в делах и планах ребёнка, старается во всём ему помочь, сочувствует ему. Родитель высоко оценивает интеллектуальные и творческие способности ребёнка, чувство гордости за него. Он поощряет инициативу и самостоятельность ребёнка, старается быть с ним на равных. Родитель доверяет ребёнку, старается встать на его точку зрения в спорных вопросах.
3.«Симбиоз» - шкала отражает межличностную дистанцию в общении с ребёнком. При высоких баллах по этой шкале можно считать, что родитель стремится к симбиотическим отношениям с ребёнком. Содержательно эта тенденция описывается – родитель ощущает себя с ребёнком единым целым, стремится удовлетворить все потребности ребёнка, оградить его от трудностей и неприятностей жизни. Родитель постоянно испытывает тревогу за ребёнка, ребёнок кажется маленьким и беззащитным.
Тревога родителя повышается, когда ребёнок начинает автономизироваться в силу обстоятельств, т.к. по своей воле родитель не предоставляет ребёнку самостоятельности никогда.
4. «Авторитарная гиперсоциализация» или «Контроль» - отображает форму и направление контроля за поведением ребёнка. При высоком балле по этой шкале в родительском отношении данного родителя отчетливо просматривается авторитаризм. Родитель требует от ребёнка безоговорочного послушания и дисциплины. Он старается навязать ребёнку свою волю, не в состоянии встать на его точку зрения. За проявление своеволия ребёнка сурово наказывают. Родитель пристально следит за социальными достижениями ребёнка, его индивидуальными особенностями, привычками, мыслями, чувствами.5. «Маленький неудачник» - отражает особенности восприятия и понимания ребёнка родителем. При высоких значениях по этой шкале в родительском отношении данного родителя имеются стремление инфантилизировать ребёнка, приписать ему личную и социальную несостоятельность. Родитель видит ребенка младшим по сравнению с реальным возрастом. Интересы, увлечения, мысли и чувства ребёнка кажутся родителю детскими, несерьёзными. Ребёнок представляется не приспособленным, не успешным, открытым для дурных влияний. Родитель не доверяет своему ребёнку, досадует на его не успешность и неумелость. В связи с этим родитель старается оградить ребёнка от трудностей жизни и строго контролировать его действия.
В результате факторизации данных общей выборки испытуемых было получено 4 значимых фактора: «принятие-отвержение», «кооперация», «симбиоз», «авторитарная гиперсоциализация». В экспериментальной и контрольной группах также были получены значимые факторы: 3 – в экспериментальной, 4 – в контрольной и 2 – в подвыборке лиц, обратившихся за психологической помощью – «маленький неудачник». На основе значимых факторов общей выборки и максимально дискриминативного фактора была построена структура настоящего опросника.
Оценка полученных данных проводится при подсчете баллов, в соответствии с ключом. Высокие баллы свидетельствуют о значительной развитости родительских отношений, а низкий – о том, что она сравнительно слабо развиты.
«Принятие – отвержение»: высокие – 24-33 балла, низкие – 0-8 баллов.
«Кооперация»: высокие – 7-8 баллов, низкие – 1-2 балла.
«Симбиоз»: высокие – 6-7 баллов, низкие – 1-2 балла.
«Контроль»: высокие – 6-7 баллов, низкие – 1-2 балла.
«Маленькие неудачник»: высокие – 7-8- баллов, низкие – 1-2 балла.
Обработка полученных результатов производилась математическими и статистическими методами (в электронных таблицах Excel).

2.2. Описание и интерпретация результатов исследования
Анализируя данные по методике Дембо-Рубинштейн, отметим, что уровень притязаний подростков (таблица 1), как правило, максимально завышен и зачастую достигает 100 баллов, редко наблюдается уровень притязаний 60 - 50 баллов, причем такое положение характерно для оценок по всем шкалам. Это свидетельствует о нереалистичном характере этих притязаний, некритичном отношении детей к собственным возможностям.
Заниженный уровень встречается крайне редко. Типичен также «разрыв» в оценках уровня притязаний между категориями «высокие оценки» и «низкие», т. е. притязания подростков в любом случае носят крайний, неумеренный характер: это либо максимальные притязания, либо отсутствие таковых. Последнее, по А. М. Прихожан, представляет собой проявление «маски» тревожности, когда повышенное беспокойство, связанное с какой-либо сферой деятельности или отношений, у подростка «компенсируется» временным, необоснованным «равнодушием» к данной области.
Таблица 1
Распределение испытуемых по уровням притязаний
Уровень притязаний Число учащихся (%)
параметры оценки уровня притязаний
ум характер авторитет у св-в умелость внеш-ность ув. в себе общий
Оч. высокий 95 73 68 80 75 83 68
Высокий 5 13 18 10 18 13 28
Средний - 13 - - - - -
Низкий - 2,5 10,5 5 7 4 4
Очень низкий - - 2,5 5 - - -

Анализируя результаты, мы отметили, что самооценка характеризуется большим разнообразием ее зафиксированных количественно выраженных уровней, чем оценки уровня притязаний, при этом прослеживается тенденция к ее завышению подростками (что указывает на личностную незрелость обследуемых). О том же свидетельствуют встречающиеся заниженные самооценки, особенно по шкалам «Характер», «Авторитет среди сверстников».
Высокий уровень притязаний и более низкий – самооценки приводит к их значительному разрыву (до 88 баллов).
О разбросе в показателях самооценки можно судить по рис. 1:

Рис. 1. Распределение уровней самооценки в выборке
Как видим, диапазон возможных уровней самооценки в подростковом возрасте довольно велик: от практически нулевого уровня до 100%, что, вероятно, отражает тенденцию подростков к максимализму мышления и оценок.
Соотношение долей испытуемых по уровню общей самооценки и разных аспектов самооценки иллюстрируют таблица 2, рис. 2 и 3.

Таблица 2
Распределение испытуемых по уровням самооценки
Уровень самооценки Число учащихся (%)
параметры самооценки
ум характер авторитет у св-в умелость внешность ув. в себе Общая
Оч. высокий 30 52,5 55 45 50 52,5 40
Высокий 40 15 17,5 20 22,5 17,5 35
Средний 27,5 25 20 25 20 20 20
Низкий 0 2,5 0 0 7,5 10 2,5
Очень низкий 2,5 5 7,5 10 0 0 2,5

Рис. 2. Соотношение долей испытуемых по уровню общей самооценки
(1 – очень высокая, 2 – высокая, 3 – средняя, 4 – низкая, 5 – очень низкая)
Рассматривая результаты испытуемых, мы выявили, что общая самооценка обследованных подростков чаще всего очень высокая (39% выборки), т. е. нереалистично завышенная. Это свидетельствует о небольшом опыте испытуемых в оценке себя, предвзятом отношении в оценке собственных достижений, нигилизме по отношению к предъявляемым обществом (взрослых) критериям, что обусловлено рассматривавшимися в теоретическом разделе факторами. Полученный нами результат согласуется с выводами, сделанными другими исследователями самооценки подростков.
Примерно равная по величине часть выборки обладает адекватной самооценкой (35%), т. е. несколько завышенной, но тем не менее способствующей большему уровню мотивации достижения, что особенно важно для подростков. Самооценка данной части выборки является оптимальной.
Около 20% подростков имеют среднюю общую самооценку. Можно сказать, что данная группа относится к «группе риска» возникновения проблем в области отношений и учебных достижений, т. к. у испытуемых группы отсутствует мотивация к развитию, позитивным изменениям, работой над собой, снижен и уровень притязаний, в то время как именно в данный и последующий возрастной период закладываются основы личностного и профессионального самоопределения человека.

Рис. 3. Соотношение долей испытуемых (%) по уровням частных самооценок
(1 – очень высокая, 2 – высокая, 3 – средняя, 4 – низкая, 5 – очень низкая)
В выборке также представлены подгруппы подростков с низкой и очень низкой самооценкой (по 3%), что вызывает тревогу: по мнению специалистов, заниженная самооценка по одному или двум аспектам нормативна для подростка, однако неприятие собственной личности целиком является симптомом серьезного психологического неблагополучия.
При рассмотрении результатов исследования самооценки по отдельным параметрам (рис. 3) выяснилось, что подростки склонны наиболее высоко оценивать собственную компетентность в сфере общения со сверстниками (доля очень высоких самооценок наиболее высока по шкале «Авторитет у сверстников» - 55%), а также уверенность в себе и характер (по 52,5%).
Принимая во внимание полученные результаты, мы предположили, что данные самооценки свидетельствуют скорее о тревожности в сфере отношения со сверстниками, чем о благополучии, когда связанные с ней переживания выходят на первый план, искажая представления подростков о себе. Иначе говоря, в данном случае имеет место явление компенсации тревожности по отношению к сфере межличностных взаимоотношений представлением о собственной компетенции в ней (психологическая защита). В то же время по шкале «Ум» доля очень высоких самооценок почти в 2 раза ниже, чем по прочим, что объясняется очевидностью (для подростков) существования объективного критерия проверки таких самооценок – успеваемость в школе. Вследствие этого подростки склонны оценивать свои умственные способности скорее высоко, чем очень высоко (40% выборки).
После параметра «Ум» наибольшее количество высоких самооценок зафиксировано по шкале «Внешность», что также указывает на значимость данного параметра для обследованных. В целом же распределение самооценок по уровням примерно одинаково для всех семи параметров и повторяет друг друга: около 50% очень высоких самооценок, 17% высоких, 22% средних, незначительные доли низких и очень низких.
Доля средних оценок наиболее велика также по параметру «Ум» и, кроме того, по параметру «Характер». На последний факт, как представляется, оказывает влияние практика негативного оценивания характера подростков взрослыми («Все ругают»), отчасти вызванная объективными сложностями взаимодействия с данной категорией детей, что способствовало снижению самооценок.
Низкие самооценки отсутствуют в выборке по всем параметрам, кроме «характер» (2,5%), «внешность» (7,5%) и «уверенность в себе» (10%); по параметрам «ум», «авторитет»(7,5) и «умелость» они вытеснены очень низкими самооценками. Обратим внимание, что именно по наиболее значимому параметру – «авторитет у сверстников» - самооценки именно «очень низкие», а не просто «низкие» – по данной шкале наиболее выражены «полюсы» оценивания подростками себя, что указывает на значимость соответствующей сферы взаимодействия.
Итак, при рассмотрении особенностей самооценки подростков было установлено, что:
1) для подростков характерна тенденция к нереалистично завышенным самооценкам;
2) в выборке присутствуют испытуемые с ненормально заниженной самооценкой;
3) наиболее полярные значения самооценок относятся к сфере, диагностируемой шкалой «Авторитет у сверстников» - доля неадекватных самооценок, расходящихся с уровнем притязаний, достигает 55%.
В результате обработки результатов по методике ОРО получены следующие данные, которые обобщены в таблице (см. Приложение 4). Эти данные изображены графически (рис. 4).

Рис. 4. Соотношение долей испытуемых с уровнем отношения по шкале «Принятие-отвержение»

Первая шкала «Принятие – отвержение». У испытуемых набравших от 24 до 33 баллов, результаты говорят о том, что имеется выраженное положительное отношение к ребёнку. Т. е. взрослый принимает подростка таким, каков он есть, уважает и признаёт его индивидуальность, одобряет его интересы, поддерживает планы, проводит с ним достаточно много времени и не жалеет об этом. Только 26,3% обследованных подростков вошли в данный интервал. Но в данной группе есть родители, которые не принимают ребёнка – 5,3%. А у 10,5% балл близок к низкому. Следовательно, также характерно отвержение ребёнка родителями. Как выяснилось позже в ходе опроса, то этим родителям кажется, что их дети не способны к самостоятельным действиям и поступкам.
Большинство испытуемых набрало средний балл, что составляет 57,9%, т. е. родитель, уважая индивидуальность ребёнка, не всегда поддерживает его планы.
По шкале «Кооперация» были получены следующие данные, которые изображены графически (рис. 5).

Рис. 5. Соотношение долей испытуемых с уровнем отношения по шкале «Кооперация»

Рассмотрев результаты по второй шкале «Кооперация», мы выявили, что 31,6% родителей набрали высокие баллы. Т. е. эти родители стараются быть на равных с ребёнком, проявляя интерес к тому, что интересует ребёнка.
Низкий балл у 5,3% испытуемых. Это те же испытуемые, которые набрали низкий балл по шкале «Принятие – отвержение» - родителя не интересует то, что интересует их ребёнка.
У 63,1% испытуемых средний балл. Эти родители стремятся к равенству со своими детьми. Родители стремятся помочь ребёнку.
Результаты, полученные по шкале «Симбиоз», изображены графически (рис. 6).

Рис. 6. Соотношение долей испытуемых с уровнем отношения по шкале «Симбиоз»
По шкале «Симбиоз» высокий балл у 26,3% испытуемых. Это свидетельствует о том, что родитель стремится к симбиотическим отношениям со своим ребёнком. Родитель старается удовлетворять все разумные потребности. Проявляется это, например, при покупке всех требуемых ребенком вещей.
Низкий балл у 5,3% испытуемых. Как правило, эти родители плохо заботятся о своих детях, т. к. этих родителей не интересуют ощущения ребёнка. Поэтому их дети не говорят о своих проблемах. Для родителей не представляет интереса отношения подростка со сверстниками, желание посещать ребёнком школу.
Средний балл набрали 68,4%. Эти родители проявляют интерес к проблемам ребёнка, но не всегда ограждают их от трудностей жизни.
Результаты по шкале «Контроль» изображены графически на рис. 7.

Рис. 7. Соотношение долей испытуемых с уровнем отношения по шкале «Контроль»

По шкале «Контроль» 42,1% испытуемых набрали высокий балл. Это проявляется в авторитарном отношении родителей к подросткам. Т. е. от детей требуется неукоснительное подчинение. Мнение ребёнка при решении того или иного вопроса не учитывается, подавляется всякое проявление инициативы. Ко всему этому родители ожидают от ребёнка больше, чем он может.
Низкий балл у 10,5% испытуемых. Эти данные показывают, что контроль за действиями ребёнка отсутствует. Следовательно, ребёнок предоставлен самому себе. Подростку трудно найти взрослого как образец для подражания. Лучший результат по данной шкале - от 3 до 5 баллов (47,4% испытуемых). У этих родителей проявляются педагогические наклонности, т. е. они являются хорошими педагогами.
В результате обработки по шкале «Маленький неудачник» были получены следующие данные, которые изображены графически на рис. 8.

Рис. 8. Соотношение долей испытуемых с уровнем отношения по шкале «Маленький неудачник»

Высокий балл у 10,5% испытуемых - эти родители относятся к подростку как к несмышлёному существу. Интересы ребёнка кажутся несерьёзными. Эти родители считают, что их дети не способны к самостоятельности.
Средний балл у 42,1%. Эти родители относятся реально к интересам, увлечениям ребёнка.
Низкий балл у 47,4%. Это те родители, которые считают неудачи ребёнка случайными, верят в него.
Итак, с помощью методики ОРО проведена оценка родительского отношения к детям, включающего рациональный, эмоциональный и поведенческий компоненты.

2.3. Выводы по результатам исследования
В ходе обработки полученных результатов были получены вышеизложенные данные о связи расхождения уровня притязаний и самооценки и особенностей родительского отношения к подростку, которые сведены в таблицу 3.
Таблица 3
Связь расхождения уровня притязаний и самооценки и особенностей родительского отношения к подростку

Параметр отношения (по шкалам ОРО) % подростков с высоким расхождением ур. притяз. и самооценки при выраженности родительского отношения, %
низкой средней высокой
Принятие-отверж. 68,4 26,3 5,3
Кооперация 63,1 31,6 5,3
Симбиоз 5,3 26,3 68,4
Контроль 42,1 10 47,3
Мал. неудачник 47,4 10,5 42,1
Опт. эмоц. контакт 94,7 5,3 -
Эмоц. дистанция 5,3 10,5 84,7
Изл. конц. на реб. - - 100

Таким образом, ролевой конфликт в личности подростка оказывается связан с определенным типом родительского отношения:
- при низкой степени принятия (68,4%);
- при низкой степени кооперации (63,1%);
- при излишне высокой симбиотичности (68,4%);
- при излишне тесном эмоциональном контакте (94,7%), так же как и при высокой эмоциональной дистанцированности (84,7%);
- при излишней концентрации на ребенке (100%). Данный результат особенно показателен, т. к. свидетельствует, что «поглощенность» родителя делами подростка является «симптомом» наличия у последнего ролевого конфликта.
Шкала контроля и инвалидизации подростка («маленький неудачник») оказывает на возникновение ролевого конфликта неоднозначное влияние: предпосылки ролевого конфликта могут формироваться у подростка как при чрезмерно низком уровне контроля, так и при чрезмерно высоком (примерно в равном соотношении).
Для подтверждения (отвержения) взаимосвязи между отношениями родителей и существованием ролевого конфликта детей была проведена статистическая обработка результатов.
В качестве основы анализа был взят корреляционный анализ, который предполагает получение связи между разными массивами данных. В частности предполагается взаимосвязь между «уровнем тревожности» ребёнка (показатель X) и различными влияющими факторами, представленными в таблицах приложений (Y1;Y2…Y8 ).
Количественный показатель корреляции определяется коэффициентом корреляции rXY, который лежит в пределах от «0» до «1».
Коэффициент корреляции вычисляется по формуле :

54

где, ковариация

n – объем выборки,
xi – данные из массива X,
yi – данные из массива Y,
X – среднеквадратичное отклонение массива X,
Y – среднеквадратичное отклонение массива Y,
x – математическое ожидание переменной x,
y – математическое ожидание переменной y.
По закону корреляционного анализа коэффициент rXY условно разделен на 4 интервала, позволяющих определить степень взаимосвязи:
 «0,1 – 0,25» - очень низкая степень взаимосвязи;
 «0,26 – 0, 5» - низкая степень взаимосвязи ;
 «0,51 – 0, 75» - средняя степень взаимосвязи;
 «0,76 – 0,99» - высокая степень взаимосвязи;
Кроме того, коэффициент корреляции может принимать отрицательные значения, тогда анализ влияния нужно рассматривать в противоположном ключе.
Рассчитан коэффициент корреляции Спирмена для показателей, с одной стороны, показателей расхождения уровня притязаний и самооценки, с другой – элементов родительского отношения к подростку (таблица 4).

Таблица 4
Взаимосвязь особенностей детско-родительских отношений с выраженностью ролевого конфликта

Параметр Значение коэф. корреляции
Принятие-отвержение -0,51
Кооперация -0,45
Симбиоз 0,36
Контроль -0,59
Мал. неудачник 0,83
Опт. эмоц. контакт -0,61
Эмоц. дистанция 0,73
Изл. конц. на реб. 0,75

Результаты расчетов подтвердили сделанные в ходе качественного анализа выводы: положительно связаны с вероятностью возникновения ролевого конфликта у подростка такие стилевые особенности родительского отношения, как авторитарная гиперсоциализация, инфантилизация, симбиотичность с подростком, излишняя концентрация на его проблемах.
Таким образом, математическая обработка полученных данных позволяет считать выдвинутую гипотезу подтвержденной, т. е. особенности родительского отношения, способствующие формированию ролевого конфликта у ребенка в подростковом возрасте.

Заключение
В данной работе рассмотрены особенности связи ролевого конфликта в личности подростка с родительским отношением.
Подростковый период - это обострение кризиса отношений взрослых и детей, который проявляется, учитывая социальную ситуацию развития, на таких полях взаимодействия, как «подросток – подросток» и «подросток – взрослый». Проявляться он может в разнообразных формах, в т. ч. в форме личностного ролевого конфликта подростка.
В период взросления подросток переходит из роли ребенка в роль взрослого, однако устойчивого отношения к этой роли он еще не осознает. Вследствие неоднозначного отношения подростка к собственной роли растет несоответствие в ожиданиях и отношениях к нему других людей, что увеличивает его эмоциональную напряженность, тревожность, конфликтность, т. к. подросток затрудняется правильно идентифицировать свое положение в социуме, тем более если к нему предъявляются противоречивые требования. Для подростков характерен ролевой конфликт, связанный с желанием иметь права, обязанности, роли взрослых и объективной неспособностью их реализовать. Данный конфликт может иметь разнообразные проявления; в работах ряда психологов этот конфликт рассматривается в том числе как противоречие уровня притязаний и самооценки подростка.
С переходом ребенка в среднюю школу его связи с окружающими людьми, как взрослыми, так и детьми, расширяются и усложняются. Характерной особенностью подростков по сравнению с младшими школьниками является усиленное стремление к общению с товарищами. Подростка невозможно удержать в рамках узкого семейного коллектива. Особую роль в его жизни начинает играть коллектив сверстников и складывающиеся в нем взаимоотношения. Подросток хочет заслужить уважение и признание сверстников, пользоваться среди них авторитетом. Коллектив предъявляет ребенку высокие требования, и завоевать авторитет и уважение товарищей он сумеет лишь в том случае, если будет отвечать этим требованиям. Вместе с тем взрослые, следующие неправильным сценариям воспитания, с одной стороны, возлагают на подростка новые, более серьезные требования как к личности и как к учащемуся, а с другой – не склонны изменять отношение к нему как к ребенку. Все данные позиции, сохраняющиеся стабильными в течение длительного периода времени, способны спровоцировать переход нормативного ролевого конфликта у подростка в невротический либо способствовать проявлению акцентуации характера.
Подростки отличаются высоким уровнем притязаний, стремлением к автономии и независимости, отрицанием авторитетов, как было подтверждено в ходе эмпирического исследования. Для юношеского восприятия характерны как преувеличение новизны собственной жизнедеятельности и пренебрежительное отношение к прошлому опыту, так и естественный недостаток знаний, воли, навыков, способности ценить время и правильно им распоряжаться. В случае неблагоприятного разрешения данного ролевого конфликта возможно возникновение разнообразных дефектов социализации у подростка.
В ходе данного исследования проводилась проверка сформулированной по результатам теоретического анализа проблемы гипотезы, в соответствии с которой можно выделить особенности родительского отношения, способствующие формированию ролевого конфликта у ребенка в подростковом возрасте. Эти особенности носят, как правило, стилевой характер. К ним можно отнести: авторитарную гиперсоциализацию, инфантилизацию, симбиотичность родителей с подростком, излишнюю концентрацию на его проблемах (поглощенность проблемами подростка). Особенно тесная связь с ролевым конфликтом у подростка выявлена для последней особенности родительского отношения: можно сказать, что в этом случае ролевой конфликт подростка формируется на почве невротизации его родителей (либо одного из них).
Сделанные выводы свидетельствуют, что профилактика ролевых конфликтов у подростков требует проведения психологической работы не только с подростком изолированно, но и со всей семейной системой.

Список литературы
1. Алехина И. В., Матяш Н. В., Павлова Т. А. Психология: практический курс. Психология развития. Часть 2. Брянск: Издательство БГПУ, 1999.
2. Анцупов А. Я., Шипилов А. И. Конфликтология. М.: ЮНИТИ, 2006.
3. Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль. СПб.: Питер, 2001.
4. Берн Э. Трансакционный анализ и психотерапия. СПб., 1992.
5. Божович Л. И. Проблемы формирования личности. М., 1995.
6. Возрастная и педагогическая психология: Хрестоматия / Сост. И. В. Дубровина, А. М. Прихожан, В. В. Зацепин. М.: Академия, 2009.
7. Выготский Л.С. Собрание сочинений в 6 томах. Т.4: Детская психология / Под ред. Д.Б.Эльконина - М.: Просвещение, 1984.
8. Гаврилица О. А. Чувство вины у работающей женщины // Вопросы психологии. №4. 1998.
9. Горностай П. П. Диагностика и коррекция ролевых конфликтов // Журнал практического психолога. 2006. №1.
10. Драгунова Т. В. Подросток. М.: Знание, 1976.
11. Драгунова Т. В. Проблема конфликта в подростковом возрасте // Психология подростка: Хрестоматия / Сост. Ю. И. Фролова. – М.: Российское педагогическое агентство, 2004.
12. Емельянов С. М. Практикум по конфликтологии. СПб.: Издательство ‘‘Питер’’, 2000.
13. Жданов В. С. и др. К концепции информатизации образования // Социальная информатика. М., 2002.
14. Захаров А. И. Происхождение детских неврозов и психотерапия. М., 2006.
15. Климов Е. А. Психология: воспитание, обучение. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2004.
16. Крутецкий В. Н., Лукин М. С. Психология подростка. М.: Просвещение, 1965.
17. Куликова Т. А. Семейная педагогика и домашнее воспитание. М.: Издательский центр ‘‘Академия’’, 2007.
18. Личко А. Е. Социо-психологические особенности подросткового возраста как причины нарушения поведения // Возрастная и педагогическая психология: Хрестоматия / Сост. И. В. Дубровин и др. – М.: Издательский центр ‘‘Академия’’, 2001.
19. Мир детства: Подросток / Под ред. П. Г. Хрипковой. М.: Педагогика, 1982.
20. Мудрик А. В. Современный старшеклассник: проблемы самоопределения. М., 1977.
21. Мухина В. С. Возрастная психология: феноменология развития, детство, отрочество. М.: Издательский центр ‘‘Академия’’, 2000.
22. Психологические тесты / Под ред. А. А. Карелина. В 2-х томах. Т.2. М.: Издательский центр ‘‘Академия’’, 2001.
23. Рогов Е. И. Настольная книга практического психолога: Учебное пособие: В 2 кн. М.: Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС, 2000. Кн.2.
24. Современный словарь по психологии / Под ред. В. В. Юрчука. Минск: Современное слово, 1998.
25. Социальная конфликтология / Под ред. А. В. Морозова. М.: Издательский центр ‘‘Академия’’, 2002.
26. Технология формирования социальных навыков / Под общ. ред. С. В. Березина, К. С. Лисецкого. Самара: Изд-во "Универс-групп", 2005.
27. Холлигер В. Человек и агрессия. М.: Просвещение, 1985.
28. Хоментаускас В. Семья глазами ребенка. М.: Просвещение, 1989.
29. Шевандрин Н. И. Социальная психология в образовании. М.: Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС, 2005.
30. Хэвен П. Современные подростки. Социально-психологический подход. М., 2005.
31. Эльконин Д. Б. Избранные психологические труды. – М.: Педагогика, 1989.


Скачиваний: 1
Просмотров: 19
Скачать реферат Заказать реферат