Латентная преступность

Совершенно ясно, что официальная статистика преступности в России, как впрочем и в других странах мира, не отражает реальных размеров такого социального явления, как преступность.

ВНИМАНИЕ! Работа на этой странице представлена для Вашего ознакомления в текстовом (сокращенном) виде. Для того, чтобы получить полностью оформленную работу в формате Word, со всеми сносками, таблицами, рисунками (вместо pic), графиками, приложениями, списком литературы и т.д., необходимо скачать работу.

Содержание

1. Латентная преступность в мире и в России 3
2. Соотношение между зарегистрированными и незарегистрированными преступниками 10
3. Тенденции развития латентной преступности в мире и в России 19
Список литературы 24

1. Латентная преступность в мире и в России

Совершенно ясно, что официальная статистика прес¬туп¬ности в России, как впрочем и в других странах мира, не отражает реальных размеров такого социального явления, как преступность. Это очевидно, и с этим утверждением никто не спорит. Но вопрос о количестве тех преступлений, которые остались за пределами учета официальной ста-тистики прес¬тупности, волнует как граждан, так и в первую очередь пред-ста¬вителей правоохранительных органов.
Научные сотрудники, практические работники пра¬воох¬ранительных органов и журналисты по-разному оцени¬вают уровень латентной преступности в России. Но все они схо¬дятся в одном — размеры скрытой, или латентной, преступ¬ности сопоставимы с размерами зарегистрированной преступ¬ности и даже в несколько раз ее превосходят.
Предположения о том, что доля скрытых преступлений во много раз превышает долю известных, первым выдвинул А.М. Кетле. Ферри Э. отмечал, что даже из чис¬ла известных, обнаруженных преступных деяний более 65% лиц, их совершивших, остаются неизвестными.
Каким образом можно с той или иной точностью изме¬рить реально существующую в нашем обществе преступ¬ность? Какой уровень преступности как зарегистриро¬ванной право¬охранительными органами, так и нет, опти¬мален для функ¬ционирования общества в целом? Что может нам дать анализ соотношения выявленной и скрытой преступности?
С криминологической точки зрения под преступностью в целом мы понимаем совокупность всех реально совер¬шенных деяний, запрещенных действующим уголовным законодатель¬ством под страхом наказания на данной терри¬тории за опре¬деленный промежуток времени. При этом, в самой прес¬тупности как в совокупности деяний выделяются две большие подгруппы:
1.Выявленная, или зарегистрированная, преступность — та ее часть, которая стала известна и зафикси¬рована в качестве таковой правоохранительными органами государства. При этом необходимо отметить, что не все выяв¬ленные прес¬туп¬ления оказываются преступлениями на самом деле. В про¬цессе осуществления правоохрани-тель¬ными орга¬нами пра¬восудия на различных его этапах проис¬ходит «отсев» тех или иных деяний, которые не признаны преступными вследст-вие различных причин.
2. Не выявленная, или латентная, преступность. Дру¬гими словами, преступность, скрытая от учета правоохрани¬тельных органов. Эта часть преступности в силу различных обстоятельств как субъективного, так и объективного харак¬тера, не стала достоянием официальной уголовной статистики.
Почему именно эта часть преступности (определенные ее виды) не фиксируется в качестве таковой сотрудниками правоохранительных органов — совершенно другой вопрос, выходящий за рамки данного исследования, и к тому же в настоящее время достаточно разработанный в отечественной научной литературе. За рубежом о латентной преступности также написано много — как в развитых стра¬нах, так и в государствах бывшего социалистического со¬дру¬жества.
Соглашаясь с тем, что латентная преступность присуща как развивающимся, так и развитым странам мира, иссле¬дователи расходятся в выборе методики определения ее размеров. Существующие методы совершенно различны и опираются в своем большинстве на репрезентативный опрос населения (или определенной его группы, выступающей в ка¬честве как преступников, так и жертв преступления). На-пример, задаются вопросы: совершал ли кто-либо из вас в тече¬ние последних двух лет правонарушения, попадающие под действие уголовного законодательства, или стали ли вы жертвой преступления в течение прошедшего года, не заявив при этом в правоохранительные органы? Особенно широко репрезентативный опрос применяется в высокоразвитых странах. Существуют также и другие методы опре¬деления размеров латентной преступности.
Но ни одна из методик не может дать ответы на следу¬ющие вопросы:
Можно ли назвать оптимальное число преступников и соответствующее число преступлений, которое необхо¬димо для нормального функционирования общества неза¬висимо от каких-либо социально-экономических, полити¬ческих, национальных и иных факторов?
Одинаковы ли эти числа для различных стран мира?
Каково конкретное оптимальное число преступлений для каждой страны и как его вычислить?
Что может нам дать анализ соотношения между предпо¬лагаемым общим числом преступлений и зарегистри¬ро¬ванной преступностью?
Ответы на все эти вопросы можно получить исполь¬зуя системный подход в изучении социального явления. С позиций системного анализа общество в целом рассматри¬вается как единый механизм, который можно описать при помощи модульных характеристик, имеющих числовое выра-жение. Подробно об основных положениях этой теории мы говорили выше.
Отметим, что сущность преступления как акта инди¬видуальной воли конкретного человека есть нарушение обще¬принятых норм; поведение преступника анормально и в своей сути несет угрозу обществу (общественно опасно). В этом смысле мы можем говорить о девиантном поведении. С пози¬ций системного анализа преступление можно рас¬смат-ривать как константу, выполняющую функцию дисгар¬монии в системе.
Другими словами, всех людей в конкретном обществе можно разделить на тех, кто совершает преступления, и тех, кто таковых не совершает. Совокупность первых и вторых образует единую целостную социальную систему. Число тех, кто совершает преступления, будет составлять определенную константу, выполняющую функцию дисгар¬монии в самой системе как таковой.
«В общей теории систем считается общепризнанным, что незначительная дисгармония присутствует в любой системе, где она выполняет функцию необходимого разно¬образия, выступая необ¬ходимым условием самоорганизации. В настоящее время в естествознании накоплен значительный эмпирический мате¬риал, который позволяет предположить, что константа не¬об¬ходимой дисгармонии в природных системах составляет около 6%. Так, например, доля непра¬вильных галактик сос¬тавляет 4%; доля неразличимых кровя¬ных телец у человека — 5%; генетическая изменчивость чело¬веческой популяции — 6,7%; максимумы солнечной актив¬ности в 11-летнем цикле повторяется с отклонением — 6,9% и т.д.».
А.А. Давыдов провел специальное исследование, на¬правленное на выявление константы необходимой дисгар¬монии в социуме. При этом, анализировались устойчивые доли девиантных социальных меньшинств, наблюдаемых в период стабильного функционирования социальной сис-темы.
Исходя из общих теоретических предпосылок, можно предположить, что:
1. Количество преступников в конкретном обществе дол¬жно составлять 5,6% от общего числа населения, выпол¬няя таким образом функцию сохранения его целостности как системы и поддержания необходимого разнообразия, что служит необходимым условием самоорганизации сис¬темы.
Сделаем одно уточнение. Здесь и далее мы будем гово¬рить о преступниках, подразумевая предполагаемое об¬щее количество лиц, совершивших конкретное реальное прес¬тупление за определенный период времени на данной терри¬тории. Очевидно, что общее число преступников мож¬но раз¬делить на две категории:
а) число преступников, зафиксированных официаль¬ной уголовной статистикой; другими словами, число лиц, которые были признаны преступниками в соответствии с законом;
б) число лиц, совершивших реальные преступления, но не признанных преступниками правоохранительными орга¬нами государства (или латентные преступники).
В научной литературе сложилось словосочетание — латен¬тная преступность. Мы же будем говорить именно о лицах, совершивших реальные преступления, но не о самих преступлениях. Совершенно ясно, что без субъекта невоз¬можно ни одно конкретное преступление. Но так же очевид¬но и то, что вычислив количество предполагаемых латентных преступников, мы можем достаточно просто подсчитать среднее количество совершенных ими преступлений. Таким образом, слово «преступник» в данной работе имеет больше криминологический, нежели уголовно-правовой смысл.
2. Уровень официальной статистики, регистрирующей абсолютное число лиц, совершивших преступления, должен быть ниже абсолютного значения, составляющего 5,6% от общего числа населения. Это будет означать, что латентная преступность существует, но не превышает принятой в мире нормы. Однако число лиц, признанных преступниками, не должно превышать абсолютного значения, то есть 5,6% от общего числа населения, при нормальном функциони¬ровании системы в целом.
Под нормальным функционированием системы здесь понимается развитие общества (не важно, в каком именно направлении) без каких-либо социальных катаклизмов, а именно революций, войн, экономических кризисов и т.д.
По механизму образования латентная преступность распадается на три составные части:
незаявленные преступления - те, которые были совершены, но потерпевшие, свидетели, должностные лица и другие граждане, в отношении которых они совершены, очевидцами которых они были или о которых они осведомлены, не сообщили об этом в правоохранительные органы;
неучтенные преступления - те, о которых правоохранительные органы были осведомлены (имели поводы и основания к регистрации преступления и возбуждения уголовного дела), но они их не зарегистрировали и не расследовали;
неустановленные преступления - те, которые были заявлены, зарегистрированы, их расследовали, но в силу халатности или недостаточного желания оперативных и следственных работников, их слабой профессиональной подготовки, ошибочной уголовно-правовой квалификации и иных причин в фактически содеянном не было установление события или состава преступления.
Масштабы латентной преступности в точности, как правило, не известны. Они определяются путем применения различных социологических, статистических и аналитических методик (сравнительный анализ взаимосвязанных показателей уголовной статистики; сопоставление сведений уголовного учета с данными административных и дисциплинарных нарушений, с данными медицинских учреждений об оказании помощи по поводу телесных повреждений, со статистикой жалоб, заявлений, писем граждан в правоохранительные и другие государственные органы; опросы граждан, осужденных и заключенных; экспертные оценки специалистов и др.
Считается, что чем серьезнее категория преступлений, тем ниже для нее коэффициент латентности. Подобная зависимость существует, но она не является абсолютной. Примером могут служить самые тяжкие преступления — умышленные убийства, сокрытые под несчастными случаями, естественной смертью, безвестными пропажами людей и другими способами. В 1996 г. в России было зарегистрировано 29 406 умышленных убийств. В том же году устанавливалась личность по 49 173 неопознанным трупам (установлено 15 380) и разыскивалось 75 457 человек без вести пропавших (разыскано 49 401). В этих цифрах скрывается большая доля умышленно убитых, но они не попали в статистику убийств.
По некоторым международным исследованиям незаявленные преступления составляют около 50% и более от фактически совершенных. В разных странах по отдельным видам деяний (например, изнасилованиям, обману покупателей, незначительным хищениям и др.) эта доля может быть намного большей.
Незаявленные преступления в основном связаны с недоверием граждан и жертв преступлений к органам правоохраны; с неверием в способность правоохранительных органов раскрыть преступление и защитить заявителя; с нежеланием связываться с милицией («затаскают»); с опасением мести со стороны преступников; с нежеланием огласки факта посягательства, например изнасилования; с заключением компромиссной сделки с преступником; с тем, что лицо не вполне осознает себя жертвой преступления, и другими причинами.
Незарегистрированные преступления носят общемировой характер, но в силу исторических и иных причин они особо широко распространены в России. Общий уровень скрываемых органами правоохраны преступлений оценивается в пределах 30% и более от заявленных. По отдельным видам преступлений эти показатели колеблются в широких пределах. Причин и поводов к фальсифицированному учету много: ложная демонстрация милицией и другими правоохранительными органами своей способности контролировать преступность, неспособность этих органов справиться с растущей преступностью, уход их от трудно раскрываемых уголовных дел, кадровая и техническая неукомлектованность правоохранительной системы, слабая профессиональная подготовка сотрудников, широко распространенные злоупотребления и коррупция в системе уголовной юстиции и др.

2. Соотношение между заре¬гистрированными и незарегистрированными преступниками

Опираясь на указанные выше теоретические предполо¬жения, мы проанализировали соотношение между заре¬гистрированными и незарегистрированными преступниками за соответствующие года. Здесь приведены результаты анализа по всем странам за весь изучен¬ный период.
Анализ показал, что выделенные нами по иным основа¬ниям группы в основном остались прежними по своему составу. Например, четко выделяются следующие группы:
1. Страны с низким доходом. В данном случае мы не анализировали вторичных данных, так как это не имело особого смысла, потому что преобладающими всегда оста¬ются функция сохранения сложившихся элементов и функ¬ция сохранения сложившихся отношений (имеется в виду соотношение между незарегистрированными и выявлен¬ными преступниками).
2. Страны со средненизким доходом (в основном бывшего социалистического содружества). Здесь также наблюдается преобладание функций сохранения. Однако появляется отличие от предыдущей группы стран, а именно становится возможным анализ соотношения между предполагаемым числом незарегистрированных преступников и числом преступников, признанных таковыми правоохрани¬тель¬ны¬ми органами, с соответствующей ошибкой. В этом случае ошибка может выполнять роль индикатора, то есть увели¬чиваться или уменьшаться в зависимости от темпов развития системы в ту или иную сторону. В частности, этот процесс ярко выражен в динамике указанного соотношения на при¬мере России. В группе по¬я⬬ляются страны, где соотношение между законопослуш¬ными граж¬данами и зарегистрированными преступниками будет выпол¬нять функцию сохранения целостности и разно¬образия элементов в ней (например, ЮАР, Греция, Ирак, Россия).
3. Страны со средневысоким доходом. Здесь зафиксиро¬вано широкое разнообразие функций модуля. В одних стра¬нах превалирует функция сохранения (Ирландия, Тринидад и Тобаго, Англия, Австрия), то есть предполагаемое коли¬чество незарегистрированных преступников больше числа зарегистрированных. Это соотношение говорит в первую очередь о потенциале, который в недалеком будущем может получить развитие, а именно число зарегистрированных преступников может увеличиться с 3 до 69% от общего числа предполагаемых преступников. В других государствах прева¬лирует функция развития (Италия, Новая Зеландия), то есть число зарегистрированных преступников стремится к 69%, а число незарегистрированных преступников к 31%.
4. Страны с высоким доходом. Здесь также выделяются две подгруппы стран. В первой подгруппе предполагаемое число преступников намного больше числа зарегистриро¬ванных преступников (от функции сохранения сложивших¬ся элементов до функции равновесия) — ФРГ, Финляндия, Кувейт, а во второй — число зарегистрированных преступ-ников превалирует над предполагаемым числом незарегист¬ри¬ро¬ванных и стремится к соотношению 69/31 (США, Нор¬ве¬гия, Швеция). О чем свидетельствует такое соотношение? О том, что части модуля выполняют функцию развития новых отношений между доминирующей и другими его частями, другими словами, развиваются новые формы при¬спо¬собления к изменившимся условиям социума, проис¬ходит развитие системы в целом. Это так называемая высшая точка в развитии системы как таковой.
Полученные результаты согласуются с результатами, полу¬ченными У. Звегич, А.А. дель Фрате, а именно:
1. Установлено, что развивающиеся страны отличаются более высоким уровнем виктимизации почти по всем видам преступлений.
2. Полиции известны только 30—40% преступлений.
США — единственная страна, в которой были найдены показатели виктимизации населения за достаточно про¬дол¬жительный промежуток времени. Средний процент викти¬мизации известный полиции за 16 лет составил 32,68. Этот показатель говорит о том, что в данном обществе оказались незарегистри¬рованными приблизительно 32,68% преступле¬ний от их общего количества. Результат этот хорошо согласуется с полученными нами результатами, а именно — в США регистрируется приблизительно 69% от предпола¬гаемого количества преступников, которые должны существо¬вать в обществе, тогда как в большинстве стран в основном всего только 30—40% от общего числа предполагаемых пре-ступников.
Наконец, отметим, что размещая страны по группам (по разным основаниям), мы конечно же понимали, что границы этих групп несколько условны и относительно раз¬мыты. Например, Италия «тяготеет» к группе стран с высоким доходом (преобладающая функция — развитие но¬вых отно¬шений), а ФРГ — к группе стран со средневысоким доходом (преобладающая функция — сохранения), хотя находятся они в различных группах.
Выводы, полученные в результате длительного наблю¬дения латентной преступности в 27 странах мира:
1. Ни в одной стране количество преступников, приз¬нанных таковыми правоохранительными органами, не «пе¬решагнуло» рубеж в 5,6% от общего числа населения при нормальном функционировании общества как системы. Завидное постоянст¬во, если учесть что попавшие в сферу нашего внимания страны су¬щественно различаются:
а) по социально-экономическому, политическому и культурному уровню развития;
б) по уровню преступности;
в) по географическому положению;
г) по количеству населения (от нескольких миллионов до миллиарда человек);
д) наконец, наше наблюдение охватывало в отдельных случаях период до 50 лет, а, как правило, с 30-х годов.
На примере соотношения между количеством преступ¬ников и количеством населения той или иной страны под¬твердилась функция сохранения целостности и поддер¬жа¬ния необходимого разнообразия в социальной системе, что выступает необходимым условием ее самоорганизации. Во всех странах (в первую очередь в развитых) количество прес¬тупников стремится к цифре, равной 5,6% от общего числа населения, но нигде ее не достигает, что говорит об опре¬деленном уровне латентности преступности (исключе¬ни¬ем стали Финляндия и Швеция, в статистике которых показано резкое увеличение количества преступников в ре¬зультате кризиса экономических систем в середине 70-х годов).
Число преступников, признанных таковыми правоох¬ра¬ни¬тельными органами данного государства, не только не превышает 5,6% от общей численности его населения, но, более того, данные числа «тяготеют» к функции сохранения сложившихся элементов. При этом, число законопослушных граждан всегда соответствовало норме, а число преступ-ников всегда диагностируется как «нарушение» при соответствую¬щей ошибке (или среднем отклонении от «эталона»).
Конкретные результаты исследования: из 27 стран с различным уровнем развития 20 имели ярко выраженную тенденцию к функции сохранения сложившихся элементов. В оставшихся 7 странах наметился переход к выведенному нами соотношению (см., например, анализ данных по Польше).
2. Социальная система подчиняется общесистемным законам развития.
3. Зная абсолютное число населения конкретной страны, с определенной точностью возможно подсчитать, с одной стороны, необходимое, а с другой — достаточное количество преступников, которое должно наблюдаться в этом обществе при его оптимальном функционировании.
При этом следует отметить, что «необходимое» и «дос¬таточное» число преступников и соответствующее число преступлений не будут чем-нибудь сверхъестественным для этого общества — эти числа будут служить нормой, опти¬мальным уровнем для его нормального функционирования. Если же зарегистрированное число преступников и прес¬туплений превысят такую норму, то налицо кризис соци¬альной системы в целом. Если же количество преступников и преступлений будет значительно ниже этой нормы, значит в обществе процветает латентная преступность со всеми вытекающими отсюда последствиями. Также возможно под¬считать как предполагаемую структуру, так и отдельные качественные показатели самой преступности.
4. Латентная преступность всегда существовала и будет существовать. Об этом красноречиво свидетельствует анализ статистических данных. Важно лишь, зная каково соотно¬шение между числом зарегистрированных преступлений и незарегистрированных, прогнозировать состояние общес-тва, перспективы его развития. Например, в развитых стра¬нах, как правило, данное соотношение выполняет функцию развития новых отношений (69/31, где 69 — число заре¬гистрированных преступников и преступлений, а 31 — число незарегистрированных). Тогда как в развива¬ющихся странах, включая государства бывшего социалисти¬ческого содружества, данное соотношение выполняет функ¬цию сохранения сложившихся отношений (89/11, где 89 — число незарегистри¬рованных преступлений и преступников, а 11 — число зарегистрированных).
5. Соотношение 69/31 — наивысшая точка развития отношения между зарегистрированной и незарегистриро¬ванной преступностью на сегодняшний день, где 100% — количество всех преступников в данном обществе за опреде¬ленный период времени, из них 69 — преступники признан¬ные таковыми правоохранительными органами, а 31% — преступники, не известные правоохранительным органам.
Другими словами, в государстве с высоким доходом на душу населения, низкой смертностью и развитыми демо¬кратическими институтами объективно невозможно снизить число незарегистрированных преступлений менее чем на 31% от общего числа лиц, нарушивших закон.
6. Соотношение между зарегистрированными и незаре-гистрированными преступниками в различных странах обусловливает весь спектр функций.
Это ярко свидетельствует: перед нами гармоничная сис¬тема, располагающаяся всем спектром функций вычленных нами выше на основе анализа соотношения между зарегис¬три¬рованными и незарегистрированными преступниками.
Следовательно, количество преступников в обществе и в мире в целом подчиняется общесистемным законам развития. Поэтому при изучении преступности как социального явле¬ния исследователь должен использовать модульный анализ, основанный на системном подходе.
7. Продемонстрирована принципиальная возможность диагностики всей системы в целом на основе анализа среднего отклонения от эталона. Другими словами, было доказано, что лишних и случайных чисел в системе нет, просто необ¬ходимо найти закономерность между соответст¬вующими числа¬ми и связать ее с качественным содержанием происхо¬дящих в ней процессов.
Анализ соотношения различных стран мира позволил увидеть нам всю гамму системных функций. Ничего нет лишнего, ни в чем не ощущается недостатка — все функции представлены, что в первую очередь говорит о сбалансиро¬ванности мира как социальной системы.
Посмотрим на международную статистику — практи¬чески все страны приводят в своих статистических сборни¬ках-ежегодниках следующий параметр — уровень преступ¬ности, который рассчитывается как соотношение количества зарегистрированных за определенный период на определен¬ной территории преступлений к численности населения, проживающего на этой территории. При этом, единая рас¬четная база составляет 100 тыс. населения.
В развитых странах уровень преступности намного выше чем в развивающихся, например, в США — 5820, в ФРГ — 7031, в Великобритании — 7956, тогда как в бывшем СССР — 769 преступлений на 100 тыс. населения (данные за 1990 год).
Казалось бы совершенно несопоставимые числа, раз¬ного порядка. Но, если мы посмотрим на проблему с другой стороны, а именно сравним число законопослушных граж¬дан с числом преступников, то увидим, что количество прес¬тупников и в развитых, и в развивающихся странах никогда не превышает абсолютного показателя — 5,6% от общей до¬ли их населения. Кроме того, несмотря на существенные раз¬личия в уровне преступности, число зарегистрированных пре¬ступников в подавляющем большинстве случаев стремит¬ся к цифре равной 5,6% от общего числа населения, но прак¬ти¬чески никогда ее не достигает.
Это в первую очередь говорит о том, что общество подчиняется общесистемным закономерностям и функция сохранения сложившихся элементов (94,4/5,6, где 94,4 — число законопослушных граждан, 5,6 — число преступни¬ков) поддерживает целостность социума и необходимое раз¬но¬образие его частей. Указанное абсолютное число преступ¬ников (5,6%) оптимально для функционирования системы в целом, в нашем случае — общества.
Таким образом, большинство криминологов допускает распространенную логическую ошибку: они сравнивают два различных по своей природе показателя — количество населения и количество противоправных поступков. Более логично сравнивать общее количество законопослушных граждан с количеством преступников, общее количество за¬ре¬гистрированных преступлений с предполагаемым коли¬чеством незарегистрированных преступлений и т.д., другими словами, в первую очередь, однородные, одно¬порядковые величины. И только при необходимости получить какую-то иную информацию правомерно сравнивать неодно¬родные величины, например, общее количество населения с общим количеством противоправных поступков.
Наглядно этот вывод вытекает из следующих рассуж¬дений. Если уровень преступности в государствах мира различен, то существует ли оптимальный уровень количества преступлений, который бы не препятствовал нормальному функционированию общества в целом? Думается, что боль¬шинство криминологов не смогут дать логичного и после¬довательного ответа на этот вопрос. Ведь они просто вычис¬ляют уровень преступности как таковой, но не как конкрет¬ный показатель, задействованный в общей системе и выпол¬няющий в ней определенную функцию. Для каких целей вычислять этот уровень преступности? Для того чтобы сравнивать его с уровнем преступности в других странах, и заявлять, что где выше уровень демократизации общества, там выше и уровень преступности? Но в данном случае это рассуждение будет иметь в первую очередь чисто эмоцио¬нальную, порой политическую, шокирующую сознание обы¬ва¬теля подоплеку, но никак не научную, разумную.
Системный же анализ предполагает ответы на такие вопросы, как:
Какой уровень преступности необходим и достаточен для нормального функционирования конкретного об¬щества?
Что говорит отклонение в ту или иную сторону от указанного уровня преступности? И многие другие.
Ответы на заданные вопросы должны интересовать не только ученых, но и к практиков, в частности, работников правоохранительных органов.
Итак, количество преступников не зависит от уровня развития демократических институтов государства. Во всех странах количество преступников приблизительно пропор¬ционально и соответствует 5,6% от общей численности населения.
Другое дело — регистрация и раскрываемость преступле¬ний. В странах с высоким уровнем дохода на душу населения и высокоразвитыми демократическими институтами регист¬ри¬руется больше преступлений, чем в тоталитарных государ¬ствах или развивающихся странах. При этом, если в тота¬литарных государствах число преступлений невелико в силу либо идеологии, а значит и тенденции к сокрытию фактов преступления, либо соответствующего режима, где законы нарушает сама правящая элита, то в развивающихся странах та же картина наблюдается из-за отсутствия финансовых средств, способных обеспечить выполнение функций пра-восудия, включая и регистрацию преступлений, на должном уровне.
Ставя перед собой задачу провести сравнительный анализ уровня преступности, криминологи, на наш взгляд, как правило, имеют дело с системами регистрации прес¬туплений и эффективностью работы правоохрани¬тельных органов того или иного государства. Ведь совершенно оче¬видно, что:
1. И в развитых, и в развивающихся странах существует соответствующий их уровню развития сектор латентных преступников. И если мы ищем источник, питающий функцию дисгармонии в том или ином обществе как системе (а это, как нам уже известно, лица, нарушающие закон), то должны помнить, что для нормального функционирования системы объем поступлений из этого источника (то есть количество преступников) не должен превышать цифры, равной 5,6% от общей численности населения.
2. Когда мы говорим, что сравниваем количество преступлений в одной стране с их количеством в другой мы сравниваем в первую очередь исторические особенности их развития, конечно же отраженные и в уголовном зако¬нодательстве каждой из них. Такое сравнение некорректно в силу отсутствия единого критерия.
Количество лиц, нарушающих уголовно-правовой закон, на наш взгляд, только и может служить тем един¬ственным критерием, опираясь на который правомерно сравнивать между собой уровень преступности самых раз¬личных странах и выявлять общесистемные закономерности.

3. Тенденции развития латентной преступности в мире и в России

Анализ латентной преступности показал, что:
1. В высокоразвитых странах регистрируется преступ¬ников и преступлений больше, чем в бывших социалисти¬ческих странах. Число зарегистрированных преступников в развитых странах больше соответствует теоретическому эталону, выполняющему функцию сохранения сложивших¬ся элементов (соотношение 94,4/5,6 где 94,4% — число законопослушных граждан, 5,6% — число лиц нарушающих уголовный закон, от общей численности населения).
2. В бывших социалистических странах, включая РФ, количество зарегистрированных преступников настолько невелико, что на основе анализа его соотношения с коли¬чеством законопослушного населения, можно говорить о том, что количество лиц, нарушающих закон, в ближайшее время должно уменьшаться (функция коллапса, соотноше¬ние 99/1), что явно не соответствует действительности.
3. Количество незарегистрированных преступлений и лиц, их совершивших, в странах бывшего социалистического лагеря, в несколько раз превышает количество зарегистри¬ро¬ванных преступлений; в ближайшее время указанное соотношение в целом будет сохранено. Необходимо отме-тить, однако, что по изменению ошибки наблюдается движе¬ние в сторону увеличения числа лиц, признанных преступ¬никами, и одновременно — к соответствующей смене функции. В соотношении же между зарегистрированными и незарегистрированными преступниками в мире сохранит¬ся преобладание последних.
4. Как видно из сравнительного анализа соотношения зарегистрированных преступников с незарегистрирован¬ными, последних немалое количество. Другими словами, если правоохранительным органам удастся в ближайшем будущем повысить раскрываемость преступлений, то в абсолютных цифрах это даст огромный рост преступности.
Наш прогноз подтверждается общим прогнозом, сде¬лан¬ным в Третьем обзоре ООН «О тенденциях в области преступности, функционирующих систем уголовного право¬судия и стратегиях по предупреждению преступности»
5. Поскольку количество предполагаемых преступников в обществе зависит от общей численности населения, то ее рост в мире в целом автоматически даст нам соответствую¬щий рост преступности. Однако заметим, что прирост народонаселения Земли, по данным Международного инсти¬тута прикладного системного анализа (IIASA), должен замедлиться в XXI веке.
6. Обнаружив устойчивое соотношение (69/31) между зарегистрированными и незарегистрированными преступ¬ни¬ками, мы можем говорить сегодня о его приближении к наивысшей точке своего развития, а именно к функции продуцирования новых отношений.
Например, в России, обнаруженное соотношение меж¬ду числом преступников, признанных таковыми правоохра¬нительными органами, и числом преступников, не признан¬ными таковыми, составляет 81/19 и уже «движется» в на¬прав¬лении увеличения числа лиц, признанных преступни-ками в соответствии с законом.
7. На основе ошибки (или среднего отклонения), которая высчитывается при обработке данных, мы можем говорить о том или ином направлении движения указанного соотноше¬ния. На примере России видно, что уже с 1966 года система в целом достигла «вершины» своего развития. До середины 70-х годов происходили резкие изменения, система «бу¬до-ражилась», находясь на «пике» своего развития и одновре¬менно в «тупике». С середины 70-х годов по настоящее время происходит «плавный» переход к другим функ¬циям: от функций сохранения к функциям развития. Весь этот процесс хорошо виден на основе указанной выше ошибки. Другими словами, соотношение достигло высшего уровня своего раз¬вития, после которого неизбежно следует ее ломка, разру¬шение и соответственно возникают новые отношения, кото¬рые смогут приспособиться к изменившим¬ся обстоятельствам.
Сказанное хорошо согласуется с другими статистичес¬кими данными. Так, по утверждению Л.А. Грибова, 34% всех открытий в бывшем СССР было сделано в 50-е годы, 46% — в 60-е, 18% — в 70-е, 2% — в 80-е годы. Как видно, пик развития ученой мысли пришелся на 60-е годы, а затем, с 70-х годов начался очевидный и явный спад творческой активности — ученая мысль перестала «произ¬водить» новые идеи.
Согласованность всех элементов советской науки как системы, их сбалансированность между собой, общее преоб¬ладание функции развития, позволило ей продуцировать уникальные, передовые изобретения и технологии. Напом¬ним, что именно в 1961 году советский человек первым поле¬тел в космос. Приблизительно такие же процессы происходят и в культурной жизни страны. В этот период, названный «оттепель», появляются новые имена писателей, поэтов, граждан с высоким чувством долга.
«Вершина» в развитии системы становится одновремен¬но и ее «тупиком» — настает момент когда необходима прин¬ципиальная смена курса. Оказавшись на опреде¬ленном этапе в «тупике», система пошла по пути «консервации» уже достиг¬нутого, в силу различных причин как субъектив¬ного, так и объективного характера.
Но сам процесс «консервации», процесс постоянного сохранения невозможен в качестве абсолютного, неизменя¬емого, необходимо новое развитие системы, новое направле¬ние, которое и было намечено в 1985 году.
Противоречивость развития, его непоследовательность сказались в том, что уже на рубеже 1987—1988 годов Россия также свернула с пути последовательного развития в сторону регресса, сохранения. Все эти процессы прослеживаются на диаграммах в динамическом развитии на основании изме¬нения ошибки (соотношение между зарегистриро¬ванными и незарегистрированными преступниками).
8. Положение России по уровню борьбы с преступнос¬тью в сравнении с другими странами мира таково: она нахо¬дится, можно сказать, на «средненизкой» ступени раз¬вития (соотношение 89/11, напомним, что есть всего четыре ступе¬ни: низкая, средненизкая, средневысокая, высокая — 69/31).
Преступность была, есть и будет, потому что были, есть и будут люди, которые совершают преступления. «... дей¬ст¬вия, квалифицируемые как преступления, не везде одни и те же, но всегда и везде существовали люди, которые поступали таким образом, что навлекали на себя уголовное наказание».
2. Подтвердились теоретические тезисы Э. Дюркгейма о том, что преступность:
а) нормальное явление общества;
б) фактор общественного здоровья, составная часть всякого здорового общества.
Дюркгейм также говорил о том, что количество прес¬туп¬лений не должно превышать определенный для каждого социального типа уровня.
Однако в результате проведенного анализа выявлены системные закономерности развития преступности, харак¬терные для любого общества, независимо от его социального типа. Ведь где бы мы не брали статистические данные — соотношение между теми, кто нарушает закон, и теми, кто его не нарушает, всегда стремилось соответственно к 5,6% и 94,4% независимо от социально-политического устройства государства, не-смот¬ря на различный уровень преступности и многие другие факторы. Иначе гово¬ря, преступность подчиняется общесистемной закономер¬ности, независимо от социального типа государства.
Утверждение о том, что в тоталитарных государствах уро¬вень преступности ниже, чем в демократических странах, совершенно некорректен. Совершенно очевидно, что отдель¬ные представители государственных органов сами со¬вершают преступления, «подминая под себя» законы и ста¬тистику.
Говоря же о конкретных особенностях тех или иных стран, необходимо отметить, что культурные традиции, историческое наследие и т.п. возможно могут обусловливать снижение численности преступников, однако не всегда. Например, такие тенденции мы наблюдали в Бельгии, Авст¬рии, Японии, но не за весь изученный период. Разумеется, эффективность работы правоохранительных органов этих стран и точность статистических данных не подлежат ника¬кому сомнению. Но здесь перед нами всего лишь исключе¬ние, частный случай, а если взять весь мир как систему в целом, то среднестатистические данные все равно покажут число, равное 5,6% от общей численности населения. И в этих, исключительных случаях возможно говорить об опре¬деленных социальных типах (термин Э. Дюркгейма).
3. В нормально функционирующем в обществе как социальной системе количество преступников, как мы уже знаем, не превышает цифры, равной 5,6% от общей числен¬ности населения. Однако можно сказать и наоборот: для нормального функционирования социальной системы по-требно иметь именно такое количество преступников.
Данное положение дел не должно считаться чем-то сверхординарным или пугающим — процесс объективен по своей природе. Можно считаться с этим или нет, но то, что этот процесс реально протекает и будет протекать в общес¬т¬ве неизбежно, как само течение жизни на земле, как не¬обратимый ход человеческой истории. Ведь «человечество — это река; оно, конечно, может задержать или ускорить свое течение, но не может повернуть вспять».

Список литературы

1. Кетле А.М. Социальная физика, или Опыт исследования о развитии человеческих способностей. Киев, 2001.
2. Фэрри Э. Уголовная социология. М., 1998.
3. Шляпошников А.С., Забрянский Г.И. Выявление латентной преступности // Государство и право. 2003. №3.
4. Булятов Г., Майоров Н. Показательность данных уголовной статистики //Вестник МГУ. Сер. 11. Право, 1999. №3.
5. Конев А.А. Основные криминологические характеристики латентной преступности. Омск, 2000.
6. Лунеев В.В. Объективизация криминологических показателей в системе контроля над преступностью //Криминологические и уголовно-правовые идеи борьбы с преступностью. М., 2005.
7. Холыст Б. Криминология. Основные проблемы. М.: Прогресс, 2000.
8. Свенсон Бу. Экономическая преступность. М.: Прогресс, 2004.
9. Эдвин М. Шур Наше преступное общество. М.: Прогресс, 1999.
10. Давыдов А.А. Модульный анализ и конструирование социума. М., 1999.
11. Кон И.С. Введение в сексологию. М.: Медицина, 1989.
12. Здоровье мира. 2002. №12.
13. Давыдов А.А. Динамика доли участвующих в выборах: стохастическая модель //Социол. исслед. 2001. №2. С. 134-135.
14. Гундаров И.А. Почему умирают в России, как нам жить? Аргументы и факты. М., 2005.
15. Лунеев В.В. Тенденции преступности: мировые, региональные, российские //Государство и право. 2003. № 5.


Скачиваний: 1
Просмотров: 0
Скачать реферат Заказать реферат