Бытописатель благочестия Никифоров-Волгин

В печати стали появляться замечательные произведения Василия Никифорова-Волгина — трогательные, согретые жаром православной души, пронизанные тихим светом и лиризмом. Заветная книга его рассказов сразу же поставлена в ряд самых любимых.

ВНИМАНИЕ! Работа на этой странице представлена для Вашего ознакомления в текстовом (сокращенном) виде. Для того, чтобы получить полностью оформленную работу в формате Word, со всеми сносками, таблицами, рисунками (вместо pic), графиками, приложениями, списком литературы и т.д., необходимо скачать работу.

Бытописатель благочестия Никифоров-Волгин

Стрижев А. Н.


Совсем
недавно имя этого писателя мало кому было известно внутри России. О нем просто
не знали. И вот в печати стали появляться замечательные произведения Василия
Никифорова-Волгина — трогательные, согретые жаром православной души,
пронизанные тихим светом и лиризмом. Заветная книга его рассказов сразу же
поставлена в ряд самых любимых, без нее не обходится ни один благочестивый читатель.
К сожалению, о жизни самого писателя накоплено сведений немного, недоступными
остаются и подробности его мученической кончины.


Свое
детство Василий Акимович провел на берегу Волги, в сельце Маркуши, что под
Калязином. Родился он в 1901 году, когда Россия еще жила старым укладом, а по
селам и деревням и вовсе держались Православия, говорили природным языком, не
засоренным чуждыми заимствованиями. Благоухающие травы, таинственные леса и
блескучие воды Волги заронили в чуткую душу будущего слагателя полнозвучных
строк неотразимые впечатления; колокольные звоны, благоговейная тишина
молящихся в храме, радость и ликование праздничных дней — решительно все это
припомнит впоследствии литератор, усаживаясь за письменный стол. Вспомнится и
бедность, часто посещавшая семью, — Аким Никифоров, его отец, всю жизнь
пробавлялся сапожным ремеслом, как и дед и прадед. Но к грамоте тянулся отрок,
к святым глаголам Писания, в душе его рождались слова и образы, самые
необходимые для русского прозаика.


Еще
в раннем возрасте расстался Василий Никифоров с родным селом: зачем-то отца
потянуло в далекую Эстонию, в край, казалось бы, неведомый для волжского
крестьянина. Но вот и далекая сторонка, чужбина, старинный город Нарва с его
седыми крепостями и замками, с неизбывной бедностью в окраинных трущобах.
Скрашивали грустную действительность школа, книги да дружба с посадскими
мальчишками. Природа вокруг почти такая же, как в родном Поволжье. А главное,
людей православных в Нарве много. И храмы есть, и все так же течет быт, по-православному.
Даже говорок родной услышишь: половина коренных жителей — русские. А в
революцию и вовсе сбежались сюда гонимые, кто откуда, и все больше из
внутренних губерний российских.


После
начальной школы нужда не позволила Василию поступить в гимназию. Трудился и в
поле, и сидя на "липках" — на сапожной скамейке, продергивая дратву,
и на приработках у богатеев. В свободные часы не выпускал из рук книгу —
приходилось до всего доходить самостоятельно. Любил читать русскую классику, не
чуждаясь и современных творений писателей и поэтов. Обладая высоким голосом и
отчетливым произношением, решил юноша стать псаломщиком. И стал им при
Спасо-Преображенском соборе, самом большом в Нарве — с колокольни даже виден
краешек родимой земли, обнесенной колючей проволокой (рядом граница). Где же,
как не в храме, набраться научения и премудрости Божией? Живет душа церковным
годом, возрастает от праздника к празднику. Утверждаясь в себе, воспитанный в
православной среде и наученный от книг, Василий Акимович решил попробовать и
сам писать о том, что запало в душу. В какую редакцию отослать рукопись —
действовал наугад. Первая публикация молодого литератора состоялась в
таллинской газете "Последние известия" от 10 сентября 1921 года.
Окрыленный успехом, пускай и небольшим, Василий Никифоров упорно ищет свою
литературную тропинку. Он создает на местном материале целую серию заметок,
зарисовок, очерков, коротких рассказов и все это отдает в городскую газету
"Нарвский листок". Густо печатает "Листок" начинающего
писателя — что ни номер, то его проникновенное повествование. С годами название
газеты менялось, менялся и ее постоянный автор Василий Никифоров — день ото дня
получалась плотнее художественная ткань его письма, тоньше оттачивался стиль,
колоритнее проступала образность, а главное, он овладевает нужной тональностью
изображения событий — совсем ненавязчивой, совершенно естественной, ведь
запечатлеваются подлинные переживания.


Писатель
прочно входит в литературную жизнь Нарвы, но по-прежнему ютится в трущобах и
попрежнему бьется в тисках нужды. Печатают его охотно и много не в одной Нарве,
но и в Таллине, и в Риге, и даже начали замечать в Париже. Теперь уже Василий
Акимович уверенно подписывается "Никифоров-Волгин", соединив фамилию
с псевдонимом, который он постоянно выставлял под своими статьями и
зарисовками. Как бывалый литератор, он создает в Нарве литературный кружок
"Святогор", в нем молодые писатели изучают технику художественной
прозы и занимаются культурным развитием. В 1935 году парижский журнал "Иллюстрированная
Россия" присудил Никифорову-Волгину премию за его рассказ
"Архиерей" и этим внушительно подтвердил дарование писателя.


В
почин 1936 года Василий Акимович покидает Нарву и поселяется в Таллине, где
входит в круг писателей-профессионалов, вступает в просветительское общество
"Витязь", много печатается в рижской периодике — газете
"Сегодня" и в журнале "Для Вас". Но не одна периодика
занимала его в тот период: с середины 30х годов Никифоров-Волгин неопустительно
трудится над циклами рассказов, которые впоследствии составят два замечательных
его сборника: "Земля-Именинница" и "Дорожный Посох".
Кусками огненной магмы, выхваченной из горнила суровой действительности,
светились читателям эти рассказы, раскрывающие суть скорбного бытия русских
людей под большевиками. Только красота Божьего мира и твердое стояние в вере
спасли народ от уничтожения извергами. Книги Никифорова-Волгина буквально
потрясли русских изгнанников своей правдивостью и смелостью. В его сборниках
сильно ощущается поэзия православных праздников, литургический восторг от яви
времен года. У Ивана Шмелева появился надежный сподвижник.


Начал
было Василий Акимович создавать и третью книгу, и уже заглавие к ней подобрал:
"Древний город" — о жизни и нравах русской провинции после революции,
да подступило лето 1940 года с его леденящими душу ужасами. Стоило красной
власти надвинуться на Прибалтику, как начались аресты. Выкашивались все русские
культурные деятели, страдали и прибалты. Никифоров-Волгин предчувствовал, что
за ним скоро придут. Исчезнуть, но как? Литературные занятия прекратил вовсе,
устроился сторожем на судостроительный завод. Но куда же "органам"
дорога заказана? Нашли, арестовали; численник показывал 24 мая 1941 года.


В
Вятскую пересыльную тюрьму привезли на казнь — везли через всю Россию (вот в
таком состоянии писатель увидел сквозь зарешеченное окно поля, села и города
своей ненаглядной Родины, и увидел, надо сказать, впервые): писателя лишали
жизни за его книги. Василий Никифоров-Волгин расстрелян большевиками в городе
Кирове (бывшей Вятке) 14 декабря 1941 года и вместе с такими же страдальцами
тайно зарыт на Петелинском кладбище. Его замучили враги России, но книги
писателя и ныне здравствуют во имя жизни.

Список литературы

Для
подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.portal-slovo.ru/



Скачиваний: 1
Просмотров: 0
Скачать реферат Заказать реферат